Одна тяжело ударила Лаки лапой в бок, вырывая клок шерсти, вторая ухватилась зубами за загривок. Лаки взвизгнул, вырвался, отскочил к ногам Андрея и зашелся хриплым лаем.
Псы застыли на расстоянии.
Андрей тихо выругался, скрестил руки таким образом, чтобы можно было использовать их в качестве ступеньки.
– Быстро, забирайся. Уходим через забор.
– Ты серьезно? А Лаки? Он как же?
– Он постоит за себя, не бойся. В крайнем случае драпать умеет не хуже своего хозяина."
"Раздался протяжный нестройный вой, от которого по позвоночнику пробежал холодок.
Наверху показался Андрей, ловко перебрался через забор и спрыгнул. Мокрый снег облепил его волосы, ресницы и брови.
– Мне страшно, – пробормотала Катя очевидное.
– Это правильно. – Андрей потянул Катю за руку и торопливо зашагал по деревянным мосткам в обход строительного крана. – Страх способствует выживанию. Главное орудие эволюции, между прочим.
Снегопад усилился, и уже сложно было разобрать, что находится в паре метров впереди. Из размытой серости показался деревянный, грубо сбитый забор. В центре него трепыхалась на ветру строительная оранжевая куртка, прибитая гвоздями за шиворот.
Андрей дернул Катю в сторону от забора, они побежали по заснеженной тропинке. Из сугробов торчали пучки связанных арматур, высились холмы песка, укрытые брезентом стопки кирпичей. Тропинка заводила в самый центр стройки.
– Если это секта, то надо полицию вызвать, – предположила Катя. – Пусть разбираются. Наплодили собак бездомных…
– Что-то мне подсказывает, что лучше надеяться на себя, а не на полицию, – ответил Андрей.
Он споткнулся и чуть не упал.
Ветер снова взвыл – звук этот распался на несколько отдельных. Выли сзади, спереди, вокруг. Андрей остановился. Плечи, голова, руки были густо покрыты снегом. Катя тоже остановилась, разглядев в десяти шагах впереди то самое зданьице – то ли церквушку, то ли домик с башенкой, то ли еще что, непонятное.