Значит, сука! Она — ключ ко всему, мозг переворота, главная фигура на этой шахматной доске. Устранить её — значит разрушить весь план, внести хаос в ряды заговорщиков. А в хаосе я чувствую себя как рыба в воде.
Уже виднелась защита города. Стена вздымалась на высоту четырёхэтажного дома — массивная, внушительная, построенная века назад руками тысяч людей. Каждый камень весом в несколько сотен килограммов, вытесанный вручную, доставленный на волокушах, поднятый простыми верёвками и блоками. Невероятное сооружение для своего времени.
Повсюду следы осады и битв — выбоины, трещины, обломки. История войн, написанная на камне. Подошли ближе. Вокруг валялись стрелы и… Да, пули тоже тут были. Ещё и магия. Участки стены светились слабым голубоватым огнём — защитные руны, охранные заклинания. Некоторые ещё действовали, большинство же было разрушено при осаде. Паук впился когтистыми лапами в камень, легко найдя опору в малейших трещинах.
Мы карабкались всё выше и выше. Ветер усиливался с высотой, холодил кожу, трепал волосы.
Нет… Теперь это не просто мирное соглашение и пункт о ненападении. За то, что я тут так стараюсь, потребую больше. Намного больше!
Глянул наверх. Силуэты на фоне ночного неба — неподвижные, настороженные. Это монгольские часовые на посту. На том участке, где я поднимался, их трое. Тёмные фигуры с копьями и луками, готовые поднять тревогу при малейшем подозрении.
Глянул назад: два паучка ползли за мной. Зачем они мне? Страховка, которую бы очень не хотелось использовать.
Забрался на стену. Паук замер, припав к камню, а я осторожно огляделся. Один часовой пошёл в сторону, другой натянул лук и выпустил стрелу. Проследил за снарядом: попал! Кто-то из джунгаров пытался забраться на стену и теперь падает со стрелой в глазу. Не повезло…
Глянул на сам город. Каракорум — это… смешение времён и стилей, коллаж из эпох и культур. Острые крыши, дым от костров, пятна магических факелов и гудение артефактов.
Извилистые улицы сбегались от центра к окраинам. Узкие, тесные, запутанные — настоящий лабиринт, в котором легко заблудиться чужаку. Они пересекались под острыми углами, образуя звездообразные площади и тупики. Планировка, лишённая какой-либо логики, выросшая стихийно за века существования города.
Дома — смесь времён и стилей.