— Сука! — выругался я. — Это начинает напрягать.
Со мной словно кто-то играет.
В голове мелькнула странная мысль, которая требовала немедленной проверки. Безумная, невероятная, но… а вдруг?
Когда я был внутри статуи, моя душа занимала её тело. Что если связь не прервалась? Что если я не просто арендовал этот сосуд, а… подчинил его?
Воспоминания хлынули потоком. Моя душа в каменной оболочке, борьба с духом отца Жаслана. Момент, когда я сливал свою энергию с силой руха. Тогда что-то изменилось, не просто временное управление — что-то более глубокое.
Нервы натянулись до предела. Если я ошибаюсь, то просто выставлю себя дураком. Но если прав…
— Сядь! — приказал, вкладывая в голос всю силу оставшейся шаманской воли.
Мгновение тишины. Я почувствовал её — тонкую, но прочную, как сталь, нить, протянувшуюся между мной и каменным исполином. Связь, которую не заметил раньше, но которая существовала с момента моего возвращения.
Камень заскрипел — сначала едва слышно, потом всё громче. Медленно, с тяжёлым скрежетом колени статуи начали сгибаться.
Пол под ногами статуи затрещал от перераспределения веса. Песчинки посыпались с коленей, когда громадная фигура замерла в приседе. Поза выглядела абсурдно — двухметровый каменный воин на корточках, словно провинившийся ребёнок.
Сердце пропустило удар, кровь застыла в жилах. Мысль грохотала в голове: «Это невозможно».
Руки задрожали от волнения, воздух вырвался из лёгких. Только сейчас я осознал, что задерживал дыхание. Ощутил покалывание в кончиках пальцев, и магия откликнулась на всплеск эмоций, готовая вырваться наружу. Но этого мало. Нужна проверка — полная, окончательная.
— Встань! — новая команда сорвалась с губ.
Каменная громада пришла в движение. Медленно, с натужным скрипом, словно древнее дерево на ветру, статуя выпрямилась.
Голова кружилась от открывшихся возможностей. Нить связи пульсировала между нами — живая, реальная, неразрывная. Я чувствовал её присутствие, её готовность служить. Каменное тело стало продолжением моей воли.
Подумал о Рязанове. Его статуя расплавилась, превратилась в диск, а так бы у меня было два голема.