Ощущение, словно между нами взрывается вулкан, который долгое время не мог найти выхода.
Внезапно Артур прижимается ко мне ближе, его руки крепко обхватывают мои запястья, и он страстно целует меня. Этот поцелуй полон ярости, боли и желания. Я сначала пытаюсь сопротивляться, но мои усилия быстро иссякают.
Я теряюсь всего на несколько секунд. Но и этих несколько секунд достаточно, чтобы почувствовать его жесткие и требовательные губы и забыть зачем я здесь.
Его руки отпускают мои запястья и обвивают мою талию, притягивая меня ещё ближе.
Я резко прихожу в себя.
Отталкиваю его.
И сбегаю.
Бегу от него и от своих чувств, которые спали во мне все эти годы, а сейчас вырываются наружу.
Рядом с Артуром быть опасно. Он разрушает все вокруг меня.
Он разрушает меня.
Именно поэтому я принимаю решение, которое должно изменить мою жизнь навсегда.
Я собираюсь согласится на предложение Вики и уехать в столицу.
Я едва дожидаюсь утра, чтобы позвонить ей и сообщить эту новость. Прошу снять мне квартиру, а потом мчу к отделение почты, чтобы накупить картонных ящиков и начать паковать вещи.
Вот так сильно испугало меня то, что я почувствовала в момент, когда губы Артура коснулись моих.
Глава 22
Артур
Прошло уже несколько часов, а меня все еще распирает на части. Каждый раз когда вспоминаю какие на вкус губы Маши, тело пронзает электрический разряд.
Прошло столько лет, но ничего не изменилось.
Чувства, которые я думал давно умерли, просто притупились, а сейчас с новой силой вырвались наружу.
Я хочу ее.
До безумия.
И плевать на то, что она предательница.
Плевать, что у нее двое детей от другого мужика.
На все плевать, главное, чтобы рядом была. Навсегда. И больше не смела в сторону других мужчин смотреть.
— Кто занимался выселением арендаторов из здания, которое мы выкупили под снос? — интересуюсь у своего помощника по дороге в офис.
Рядом сидит Света, вернее спит. Оказалось, что просыпаться в такую рань для нее в новинку. Но я четко дал ей понять — никаких поблажек.
— Я уточню и сообщу вам, Артур Романович.
— Я жду.
Паркуюсь перед административным зданием и толкаю в плечо сестру.
— Эй, просыпайся давай."
"Отец был в ярости от того, что она сбежала от Жени и решила внезапно стать самостоятельной и независимой. И хоть я строг с ней, я все равно буду на ее стороне. Потому что я, как никто другой знаею, что означает давление отца.