Ты видишь меня.
Я отказывалась видеть его. Возможно, я отказывалась видеть то, что было прямо передо мной.
Я ушла.
И, наверное… Наверное, я не должна была.
* * *
Скука преследовала меня весь оставшийся день.
Ужасная, неумолимая скука. Спасибо заточению внутри, пока снег медленно таял под тёплыми лучами мягкого весеннего дня. Оставалось только слушать бесконечную капель.
Скука сделала меня любопытной. И, когда я обследовала все шкафы и полки обеих спален, (где я нашла одежду, старые обрывки лент, ножи и оружие, спрятанные и перемешанные с остальным, будто кто-то положил их внутрь и забыл об этом) все кухонные шкафчики, (там оказалась еда, кастрюли и сковороды, и испачканная книга с рецептами) и гостиную (нашлись одеяла, несколько книг и ещё больше оружия, спрятанного буквально везде), я зашла в кладовку.
Для места отдыха Высшего Лорда этот дом был… необычным, слишком простым. Он был обустроен с заботой, но вещи были повседневными, не было никакой роскоши.
Семья.
Весь этот дом наполнял меня внутренним теплом семьи, которого у меня, по сути, никогда и не было, на который я и надеяться не могла. Я перестала его ожидать, свыкнувшись с этикетом и формальностями жизни в поместье Тамлина.
Я открыла дверь, и меня встретил лёгкий холод, но свечи почти мгновенно зажглись и осветили, и согрели пространство вокруг, благодаря магии, поддерживающей дом в приемлемом состоянии. На полках не было пыли (наверняка благодаря все той же магии), сверкали изобилием запасы еды, книги, спортивное оборудование, свертки, верёвки и, вот сюрприз, еще оружие.
Полдюжины банок с краской.
Бумага и несколько холстов. Кисти, старые и измазанные краской. Кто-то явно поленился их почистить.
Там было и много других художественных принадлежностей: пастель, акварели, нечто, похожее на уголь для набросков, но… Я взглянула на краску, кисти.