Он не только дотронулся до чувствительного бугорка, но еще и начал его перекатывать пальцами.
— Ох! — Тело Энн пронзило острое чувственное наслаждение. Она расставила ноги немного шире и, покосившись в зеркало, убедилась, что еще больше походит на бесстыжую распутницу. Но ей было необходимо, чтобы прохладный воздух комнаты немного охладил это интимное местечко.
Нет, она обманывает себя. Ей надо было почувствовать прикосновение Стивена… там.
Словно завороженная она следила, как другая его рука легла ей на живот.
Энн ждала. Возможно, он снова прочитает ее мысли.
Не прочитал. Его рука осталась на месте, словно приклеившись к животу. Тепло его ладони было удивительно приятным, но ощущения были бы намного острее, если бы она опустилась немного ниже.
Энн прижалась спиной к сильному телу Стивена и прошептала:
— Коснись меня!
— Какие мы требовательные! — Энн с восторгом услышала, что его голос прерывается от страсти.
— Ох! — По ее телу пробежала дрожь. — Да. — Это было нисколько не похоже на встречу с Брентвудом. Стивен немного ослабил хватку. Почувствовав, что может двигаться, Энн еще шире расставила ноги, чтобы ему было удобнее. Ей уже было наплевать, как она выглядит.
— Ты уже готова для меня, Энн. — Теперь он говорил хриплым шепотом.
— Ах! — Ей было так хорошо, как никогда раньше.
— Мне кажется, нам пора в постель. Ты как считаешь?
Идея показалась Энн очень привлекательной, но следовало кое-что уточнить.
— А ты не перестанешь делать это?
— Только на время, которое потребуется, чтобы дойти до кровати. А там я буду делать это и много других восхитительных вещей. Но всем этим приятнее заниматься на удобном матрасе.
— И ты тоже будешь голый?
Стивен еще раз поцеловал ее:
— Да, конечно. И ты, кстати, можешь помочь мне избавиться от одежды.
Он выпустил ее из рук. Энн повернулась к нему лицом и, не обращая внимания на странную пульсацию внизу живота, буквально набросилась на пуговицы его брюк. Пока Стивен снимал рубашку, она быстро их расстегнула.
— Ох! — Как только она справилась с последней пуговицей, в ее руках оказался очень твердый мужской член. Ее глаза округлились от удивления. Теперь она поняла, почему было так больно, когда Брентвуд сделал то, что он сделал в саду барона Геддинга.