— Она окинула Стивена неприязненным взглядом и процедила сквозь зубы: — Надеюсь, сэр, вы знаете, что делаете.
— Даже не сомневайтесь. — Голос Короля Сердец был холоден и тверд.
Лакей открыл дверцу, опустил ступеньки экипажа, и Стивен вышел, чтобы помочь спуститься дамам."
"Энн впервые после того, как села в экипаж, позволила себе вздохнуть полной грудью. Она уже давно — с той самой незабываемой вечеринки — не чувствовала такого возбуждения. Тогда, вернувшись домой от барона Геддинга, она ощущала себя глупой и грязной.
Нет, она не станет больше себя ругать. Это было одним из условий мира, который она заключила сама с собой. Нечего постоянно оглядываться назад. Она давно смирилась со своей ошибкой и ее последствиями и перестала мечтать о добром муже и детях.
Да и мечтать ей было некогда.
— Энн, любовь моя, ты собираешься просидеть в моем экипаже всю ночь? — Стивен уже давно стоял у дверей кареты и протягивал ей руку. Он ухмыльнулся — в темноте было хорошо видно, какие белые у него зубы. — Если хочешь, я могу забраться обратно и доказать, что в экипаже можно проводить время со всей приятностью. Это, вероятнее всего, шокирует твоих родственников и выйдет за рамки даже самого либерального толкования поведения помолвленной пары, но, если желаешь, я готов.
Энн подавила сильное желание согласиться и устремилась к двери.
Нет, не стоит заставлять ждать графа и графиню Кендерли.
Стивен взял ее руку и внимательно всмотрелся в глаза.
— Энн, мне наплевать на удобства графа и леди Кендерли, и их бал может превосходно обойтись без нас.
— О! — Еще никогда в жизни у нее так сильно не колотилось сердце. Он же не хочет на самом деле затащить ее обратно в экипаж и показать все… эти вещи?.
Судя по выражению его лица, определенно хочет.
Глава 9
Пальцы Энн дрожали. Она выглядела насмерть перепуганной. Но вместе с тем создавалось впечатление, что ее одолевает жгучее любопытство. Стивен получал огромное удовольствие, поддразнивая ее. Он был чертовски счастлив.
Она притягивала его, даже одетая в бесформенный коричневый мешок и с чудовищной шляпкой на голове. И он определенно восхищался ее умом.