Светлая леди Нейт была ослепительно хороша. Изящная, стройная, грациозная, она не шла — плыла над полом в воздушном облаке нежно-розового платья, и легкий шелковый шлейф струился следом.
Глаза с золотистыми искорками блестят, на щеках — румянец, на губах — чарующая улыбка.
— Какая дивная пара, лорд Нейт и его молодая жена…
— Да, красавица…
— Неудивительно, что он так ревниво прячет ее ото всех, — шептались вокруг.
Я невольно стиснула зубы.
Король с почетными гостями приближался, присутствующие учтиво склонялись, я тоже присела в поклоне.
Плечо чуть заметно кольнуло — не так, как раньше, а легко, бережно, почти ласково, — и я подняла глаза.
Светлейший находился в двух шагах от меня. Взгляд его равнодушно скользнул поверх голов придворных и, не останавливаясь ни на ком, снова устремился вперед.
Даже не посмотрел на меня. Вот же… инквизитор.
Не то чтобы я жаждала его внимания. Нет, как раз напротив, была рада равнодушию. Но… обидно же, Улх побери.
На первый танец его величество пригласил Алианну. Светлейший подал руку королеве, горцы прижали к себе жен, грянула музыка, и бал начался.
Пятнадцать минут. Полчаса. Час.
Я напряженно ждала подвоха, но время шло, один танец сменялся другим, и ничего необычного не происходило.
Пары кружили по залу, менялись, выходили на террасу или в сад. Женщины сбивались в стайки, сплетничали и кокетливо стреляли глазами по сторонам. Мужчины, если судить по их лицам, явно совмещали приятное с полезным, умудряясь в перерывах между танцами вести серьезные переговоры и завязывать полезные знакомства.
Все как всегда."
"Мы с Вилмотом старались не упускать друг друга из виду по крайней мере надолго. Даже когда меня приглашал на танец кто-то другой, с позволения «супруга», разумеется, я, нигде не задерживаясь, сразу возвращалась назад. С Теренсом было спокойнее. Тем более что светлейший не кинул в мою сторону ни единого, даже беглого взгляда, деля свое внимание между королевской четой, тхеирцами и Алианной. Словно меня вовсе не существовало.
— Вот вы где.
Закончился очередной танец, и, едва музыка смолкла, перед нами, как черт из табакерки, возник маркиз Аснен. За его спиной безмолвными тенями маячили Бриэм с супругой. Старик выглядел довольным и благостно-беззаботным, чего нельзя сказать о его внуке — таким мрачным и подавленным Аснена-младшего я еще не видела.
— Молодцы, дети мои, — бодро начал маркиз, подхватывая нас с Теренсом под руки. — Прекрасно справились.
О, мы уже «дети его». Какое, однако, повышение.