Минута, другая…
Меня изучали — внимательно, неторопливо, а я старалась не отводить взгляда и не показать… ни в коем случае не показать, как мне страшно.
— Любопытно, — хмыкнул хозяин, когда молчание стало невыносимым. В темных глазах — где-то там, глубоко-глубоко, на дне — вспыхнул и тут же погас жаркий, жадный огонек. — Что скажешь, Крыс?
Тени в глубокой нише справа от нас шелохнулись, и оттуда появился худой, если не сказать костлявый, старик в неопределенного цвета мятой хламиде.
— Метаморф, — проскрежетал он.
— Побочный дар? — бросил Ворон, не поворачиваясь.
— Не могу пока сказать. Проверять надо. Но что-то есть точно.
Старик приблизился, остановился рядом, ловя мой взгляд. Выцветшие голубые глаза внезапно увеличились, закрывая весь окружающий мир. Притягивая. Поглощая. Захлестывая меня в белесом водовороте.
В висках заломило. А потом… Я ощутила в голове присутствие чужого разума.
Странное, непривычное, жуткое чувство.
Ну уж нет, я никому не позволю копаться у себя в мозгах.
«Прочь!» — выкрикнула беззвучно.
Замотала головой, стараясь оттолкнуть, прогнать, создать стену, кокон, что угодно. И натиск ослаб.
— Совершенно не обученная, — повторил Крыс, — но потенциал есть. Да, есть. Уже сейчас щит создать пытается.
— Значит, сильный метаморф? И закрыться со временем сможет? — задумчиво переспросил Ворон. Вид у него был очень довольный. — Лис упоминал, что она поисковую удавку сама сбросила."
"— Я ж сказал, перспективная, — оживился старик.
— Что ж… — протянул Ворон. — Считай, ты меня заинтересовала. Пожалуй, возьму тебя под свое покровительство. Спрячу от ищеек, обучу всему, что требуется. Будешь работать на меня, ну и согревать постель, когда захочу. Девка ты смазливая.
И он замолчал, оценивающе, свысока глядя на меня. Наверное, ждал восторгов.
Только не нужно мне спасение такой ценой. Может, кому-то это «щедрое» предложение и подошло бы, но не мне. Подчиниться, прогнуться, стать бессловесной вещью, игрушкой из прихоти…
Как всегда в таких случаях, вспомнилась презрительная усмешка отца, покорно склоненная мамина голова, ее потухший взгляд, вечно сгорбленные в присутствии мужа плечи.
Нет, никогда. Лучше умереть.
Прости, Лис, но твой совет мне не подходит.