Мы просим распространить это обращение среди ваших коммерсантов и поместить его в ваших газетах. Наша позиция — следствие указа губернатора, которым он пригрозил заковать в колодки всех купцов гильдии, если Иннес немедленно не покинет город. Времени мало. Если вы не предпримете меры по высылке Иннеса, губернатор непременно исполнит свою угрозу».
Фирон смолк. Повисло неловкое молчание, которое нарушил Иннес:
— В очередной раз повторю: я невиновен или, лучше сказать, виновен не больше всех здесь сидящих, включая замечательных господ из гильдии.
Все взгляды обратились на председателя. Тот встал и заговорил:
— Будьте любезны, Фирон, переведите для наших добрых друзей и досточтимых коллег из гильдии Ко-Хон: в этом вопросе Палата и впрямь бессильна.
"Бахрам про себя усмехнулся: доводы удивительно простые, однако несокрушимые. Воистину, только английский язык способен так ловко обратить ложь в неукоснительное соблюдение закона.
Оглядев комнату, Бахрам подметил, что речь председателя вызвала одобрение многих членов Совета, а вот на лицах гостей, выслушавших перевод, возникли испуг и растерянность. Купцы коротко посовещались, затем что-то прошептали толмачу, который, в свою очередь, переговорил с Фироном.
— Что они говорят?
— Сэр, меня просили передать следующее: из-за упрямой несговорчивости одного человека вся зарубежная торговля поставлена под удар, что может привести к чрезвычайно серьезным последствиям. Мы настойчиво взываем к вашему благородству и здравомыслию: заставьте Иннеса нынче же покинуть Кантон.
Тут речь переводчика прервал Иннес, который вскочил на ноги, громыхнув стулом.