Если вдруг мне станет настолько скучно.
— Подожди. Подожди. Я сделаю это. Хорошо. Я это сделаю.
— Теперь этого не хочу я. Я чувствую вонь твоего обмана, крошка. Ложь воняет падалью, и я уже говорил тебе об этом не раз.
Говорил. Он патологически ненавидел даже намек на неискренность. Что ж, возможно, это шанс уйти сейчас без малейших потерь. Только уходить не хотелось. Маска слишком мне понравилась, и вместе с чувством жгучего стыда пульсировал дикий адреналин и ощущение той самой свободы, которой у меня никогда не было.
— Прости меня, Джокер. Я больше не солгу тебе. Никогда.
— Тебе повезло, что мне лень сейчас искать другую игрушку, Харли. А еще я хочу наказать твой маленький лживый ротик. Коснись пальцами своих губ. Они сухие, крошка? Увлажни пальчик и проведи по губам еще раз. Как если бы я пробовал их вкус своим языком. Мне бы понравилось, Харли?
Я провела пальцем по губам. Облизала его, глядя на монитор. Не помню, чтоб вообще делала нечто подобное. Но меня же никто не видит… Почему нет? Мира никогда бы не смогла? А Харли? Харли это делала не один раз…
— Тебе бы понравилось.
— Прикуси нижнюю губу.
— Прикусила.
— Я очень зол, Харли, за твой обман. Я хочу укусить тебя сильнее. Немедленно. Тебе больно, крошка? А так? Когда моя рука спускается по твоей шее вниз к груди? Никакой ласки — только сильно сжимать, продолжая кусать твой рот. Мне нравится чувствовать твою упругую грудь… Твои соски… они возбудились?"
"Я прикусила губу сильнее и невольно скользнула ниже к груди, следуя за его словами.
— Нет… пока нет.
Он хотел, чтоб я ему не лгала. Вот она правда.
— Ущипни сосок. Сильно. Так, как это сделала бы грубая мужская рука. Спусти чашку бюстгальтера и ущипни.
Автоматически сжала сильно сосок и охнула. Это было неожиданно.