Кто знает, что может произойти за этот год? Может вы мне в конец разонравитесь.
— А может ты в нас влюбишься, — хмыкнул он, но я резко открыла глаза:
— Этого не будет. Никогда. Через год все закончится, и я уйду, на этом наше свидание заканчивается, господин Де-Норд.
Поднялась, и стягивая с постели простынь, обернула ее вокруг груди, направляясь в ванну.
— Кэтрин!
— Мне нужно привести себя в порядок!
Надеясь, что мое вранье выглядело убедительно, я скрылась в ванной комнате и плотно закрыла за собой витражную дверь, стараясь унять бешенный стук сердца.
Факир был прав.
За год может произойти все, и самое страшное из этого всего — моя влюбленность. Не хватало только привыкнуть, привязаться к ним, а с той скоростью с которой Де-Норд покоряли меня, это было вдвойне опаснее.
Я должна держать себя в руках. Постель — да, моя обязанность, кровь — да, в тот же список, но все остальное необходимо вычеркнуть и стереть как можно скорее. Больше никаких объятий, никаких поцелуев просто так, только выполнение своих обязательств и точка!
Умывшись прохладной водой взглянула в зеркало и разочарованно поджала губы.
— Кэтрин, я обидел тебя?
— Нет, все в порядке. Мне просто действительно нужно было привести себя в порядок.
— Я вновь тебе не верю.
Запахнув ткань на груди плотнее, нацепила на лицо дружественную улыбку и открыла дверь.
Факир стоял, упираясь в косяк и сейчас смотрел на меня сверху вниз, подозрительно прищурившись.
— Что я сказал не так?
— Не понимаю тебя. Все правда в порядке.
— Ты расстроилась из-за моих слов о влюбленности?
До чего проницательный, гад.
— Нет, тебе показалось.
— Кэтрин, я слышу твою ложь за версту, не лги мне, искорка. Не надо.
Еще минуту я мялась под его испытывающим взглядом, кусая щеку изнутри, но золотистые глаза были так пронзительны, что я сдаваясь, выдохнула:
— Какое это имеет значение? Или моя честность тоже необходима для вкуса крови?
— Иголки? Интересно, продолжай, — он выжидающе распрямил плечи, не двигаясь с места и все еще преграждая мне путь.
— Я просто напомнила себе о том, что вы, вампиры, не испытываете чувств.
— Это не значит, что ты не должна их испытывать.
— Ты серьезно? — судя по тому как красные брови изогнулись — он совершенно серьезно. — Факир, я понимаю, что я здесь всего лишь на один год.