Они все еще находились у родственников, времени, чтобы съездить в поселок, у меня достаточно. Увидев мою машину, Витька поцокал языком.
– Везет же некоторым, жаль, нет у меня папы-генерала.
– Это подарок любовника, – осчастливила я. – Его у тебя тоже нет.
– Бог миловал. Но от богатой любовницы я бы не отказался.
– А ты давно женился?
– Год назад.
– Да, самое время подумать о любовнице.
Витька засмеялся:
– Успел отвыкнуть от твоих шуточек. Слушай, я рад, что ты вдруг объявилась. Честно.
– Радость вряд ли продлится долго, – заверила я.
По дороге в поселок мы вернулись к прежней теме. Я пыталась связать воедино Милку, Берсеньева, мать-одиночку с ее сберкнижкой и знакомым на «БМВ», а также адвоката Карташова. Получалось так себе. Витька ничего толкового тоже измыслить не смог.
– Погоди, – утешил он меня. – Покопаемся немного, и станет ясно, что здесь к чему. Куда хуже, когда есть труп и никаких зацепок. А тут их тьма-тьмущая, только не ленись, звездочку зарабатывай. Как дела у твоей сеструхи? – сменил он тему.
– Не нашлось никого подходящего среди вашего брата. Оно, может, и к лучшему. По сравнению с Агаткой монголо-татарская орда просто легкая конница.
– Это точно, – кивнул Витька.
Впереди показался поселок, вскоре я уже тормозила возле дома Самохина. Николай Иванович появился на крыльце и даже пошел мне навстречу, когда я выпорхнула из машины. Но, завидев моего спутника, вдруг развернулся и ходко скрылся в огороде, допустив тем самым стратегическую ошибку, потому что из огорода другого выхода не было.
– Дед, вылазь оттуда, не смеши людей.
С большой неохотой Иваныч выбрался из кустов и сказал досадливо:
– Связался с тобой, задрыга.
Я была не прочь походить немного в задрыгах, лишь бы делу польза.
– Рассказывай, дед, чего вспомнил, – предложил Витька.
– Ничего не знаю, ничего не видел, – отбарабанил он.
– Тогда деньги назад гони, – внесла я предложение.
– Какие еще деньги?
– Бумажные. Либо гони деньги, либо выполняй свой гражданский долг.
– Совести у тебя нет, – маетно вздохнув, заявил Иваныч. Чувствовалось, денег ему жалко. Берешь, как известно, чужие, а отдаешь свои. – А ну как и меня придушат?
– Да с чего ты взял, что Ольгу убил мужик на «БМВ»? Ты ж его накануне видел.
– А то я не знаю, кто на таких машинах ездит. Жулики и проходимцы.