В просторную комнату набилось человек десять, должно быть, соседки, в кресле возле телевизора сидела Ксения Григорьевна, разглаживая на коленях юбку с таким сосредоточенным видом, как будто это было делом всей ее жизни. Возле ее ног примостилась Света, что-то конструируя из разноцветных кубиков. Оглядев собравшихся, Эмма Григорьевна произнесла сурово:
– Дайте побыть с сестрой.
Тетки неохотно поднялись и друг за другом покинули комнату. Эмма Григорьевна подошла к сестре, та неловко приподнялась и сказала:"
"– Жить не хочу, хоть руки на себя накладывай.
– Ты что, спятила? – прикрикнула Эмма Григорьевна. – Тебе о внучке думать надо. Надеюсь, у тебя хватило ума не пугать ребенка?
Ксения Григорьевна сестру побаивалась, вот и сейчас она торопливо вытерла слезы и сказала:
– Светочка, кровиночка моя… ничего я ей не сказала. Но ведь как-то надо… ведь…
– Нельзя травмировать ребенка. Отправим ее к Розе в город, а потом… что-нибудь придумаем.
– Что придумаешь, когда соседи все равно скажут…
– Будете жить у меня.
Вряд ли это сестру обрадовало. Пока они препирались, я присела рядом со Светой и сказала:
– Привет.
Девочка повернулась, и от ее взгляда мне вдруг стало не по себе. Она поднялась и обняла меня, шепнув:
– Здравствуй, Феня. Почему все плачут?
– Я еще сама не знаю.
– А моя мама где?
– Уехала ненадолго, – малодушно ответила я. – Ты что собираешь? Хочешь, помогу тебе?
– Лучше включи мне мультики.
Она открыла тумбочку, где лежали диски, и мы принялись их перебирать.
Эмма Григорьевна с сестрой отправились в кухню.
– Рассказывай, что случилось, – потребовала Эмма Григорьевна, обращаясь к сестре.
– Лучше б я умерла, чем до такого дожить, – горестно вздохнула Ксения Григорьевна.
– Это я уже слышала. Ты должна держать себя в руках. Ради Светочки.
– Да… я уж и так… – Она высморкалась и стала рассказывать. – Оля вчера днем в город поехала.
– В областной центр? – вмешалась я.
– Нет, в районный. Светочку с соседями оставила. Сказала, часов в семь вернется. Но не вернулась. Я приехала, Свету от соседей забрала, ждала часов до десяти, думала, может, она… ну, в общем, задержалась, – с некоторым смущением произнесла Ксения Григорьевна, это смущение не замеченным мною не осталось. – Я позвонила ей на мобильный. Она не ответила. Я еще несколько раз звонила. Конечно, беспокоиться начала.