Казалось бы, после развода с женой, ознаменовавшегося тысячей и одним скандалом, и не менее громогласного увольнения с поста начальника Аврората он неминуемо должен был потонуть в море общественного разочарования и, как следствие, презрения. Вольдеморта с два! Вышел из двухнедельного запоя, побрился, нацепил чистую мантию — и ломанулся в Хог, зализывать раны под крылышком своей боевой подруги и по совместительству иногда преподавать ЗОТИ. Вот именно, иногда. То, что Герой войны, кавалер Ордена Мерлина первой степени, тысячу-раз-заслуженный-и-ничем-не-убиваемый аврор — горький пьяница, ни для кого не было тайной.
— Ты теряешь лицо, Гарри…
Я мотнул головой. Слуховые глюки пришли, добро пожаловать?
— Ну что мне с тобой делать? Если завтра опять не явишься на урок — я тебя уволю, клянусь Мерлиновыми трусами!
Опа… Вспомни говно, вот и оно… В раздумьях не заметил, как дошел до Астрономической башни, а там Грейнджер чихвостит Поттера за пьянку.
— Гарри, я серьезно. Больше покрывать тебя я не могу. Минерва меня превратит в мышь и съест живьем, если ты не бросишь пить.
— Брошу не раньше, чем бросишь ты.
Два раза опа! Грозная профессор Грейнджер — алкоголичка?!
— Я, в отличие от некоторых, уроки не прогуливаю и на детей перегаром не дышу.
— Ну что я, виноват, что мне антипохмельное не помогает?
— Естественно. У тебя уже вместо крови огневиски. Какое уж тут антипохмельное…
— Ладно. Считай, что я внял. Давай… за упокой, что ли…
Вздох.
— Давай…
Тихий звяк.
Явственно слышу шорох своей плавно отъезжающей крыши. Профессор ЗОТИ Гарри Поттер и декан Гриффиндора профессор Трансфигурации Гермиона Грейнджер напиваются на Астрономической башне.