— Фёдор Евграфович, котелок ваш, — протянул ему жестяную посудину один из тех егерей, что был на хозяйстве. — А десяток Шилкина, что с ночного дозора пришёл, мы уже покормили. Их благородию они доложились, а вот сейчас спят.
— Пораньше меня нужно было толкнуть, — проворчал Лужин и, зачерпнув из кожаного ведра воды, сполоснул ей лицо и руки. — Их благородие он, конечно, старший отряда, но мне ведь тоже знать нужно, что да как. Давай уже, — и взял в руки посудину.
Тёплый толкан, сдобренный кусочками сала и вяленого мяса, пах горелым.
— Опять передержали на открытом огне, — покачал головой сержант. — Учи вас, учи, всё без толку, а ещё ведь в дозорной роте хотят служить. Первое уменье разведчика — это как в самое большое ненастье себе пропитание найти. Ибо без пищи у него никаких сил не будет задание выполнить. А тут даже и искать ничего не нужно, знай себе ячменную муку намешивай и на углях потом грей. Эх, Данила, Данила…
По опущенному через ров мосту проехало с десяток подвод. Правящие лошадьми весело перекрикивались с охраняющими проезд жолнёрами.
— Веселятся они! — проворчал наблюдающий за поляками Лужин. — Конечно, в избе тёплой поспали, поели от пуза, горилки пару стопок хлопнули. Чего бы не веселиться? А нам тут и костра хорошего не развести, скоро три недели как на ячменной муке и на сухарях сидим.
— Евграфович, а они ведь не по же́рди, — кивнул на небольшой обоз Руднев. — Смотри-ка, не к вырубке, а прямо на просёлок выезжают.
Действительно, телеги, проехав с полверсты по главному тракту, теперь уходили на боковую дорожку, идущую в верстах трёх вдоль Вислы.
— Похоже, фуражиры, — почесав голову, проговорил Лужин. — Поехали провиант и корм для коней с селян собирать. Вот и веселятся, это же не ров копать или брёвна да жерди на своём горбу к телеге таскать. Пару-тройку дней по окрестностям покатаются, отъедятся вдоволь, девок деревенских потискают — и назад.
— Да ладно, нам через пару дней тоже к себе уходить, — проговорил со вздохом капрал. — Всё, время поисков к концу подходит. Скоро у своих в лагере тоже отъедимся и согреемся.
— Да, маненько ещё потерпеть, — кивнул сержант. — Ладно, Ванюш, смотрите пока, а мы к подпоручику. Покажу, чего нового за утро наглядели.
Пятёрка егерей, взяв правее просёлка, словно стая волков след в след заскользили туда, где был скрытый стан отряда.