Егерь императрицы. Гвардия, вперёд!

 — Мы эти лишние два дня лучше уж тяжести на санях повезём, чем надрываться и на своих плечах тащить. Тем более что Генрих Фридрихович расстарался перед отъездом, пока ещё он в силе был, две сотни коней нам отписал, это ещё к тем полутора сотням, что мы и так уже с вами имеем. Так что всё с собой на Буг вывезем, ничего тут не бросим.

— Ну, значит, так и поступим, — принял решение полковник. — Полк идёт маршевой колонной северным путём. Через неделю, двадцатого января, в это самое время мы уже должны будем пройти с десяток вёрст в сторону Кишинёва.

Вся дорога рассчитана у нас на три недели, с днёвками отдыха в больших поселениях. В Бендерах, если нужно, даже и три дня будем квартироваться, потому как после полутора сотен вёрст пути впереди самый большой прогон у нас до Новоалександровки. Егеря и лошади передохну́т, да и все повозки оглядим и подремонтируем, если в том потребность будет. Так ведь, Александр Павлович?

— Так точно, господин полковник, — кивнул главный полковой интендант. — Темп движения вы задали серьёзный, и чтобы его выдержать, нам придётся исключить длительное время на приготовление пищи.

Но без горячего в долгом пути никак нельзя. Поэтому самая большая забота у меня сейчас о походных кухнях и поварах. Им простаивать с таким темпом никак нельзя. Всё время в движении придётся быть, чтобы от пеших рот не отстать, а это значит, частая смена лошадей нужна и ещё помощники поварам. Да и то, боюсь, не поспеют кухни за колонной. Вроде и достаточно у нас коней с недавно переданными, а всё же думаю, не хватит их нам. Считайте, целую сотню придётся под верховую езду отдавать. Сами же говорили, что без конных дозоров никак нельзя по разорённой земле идти, потому как кто только с оружием тут не шастает. Проходили мы уже такое, сколько раз на обозы нападали. Так что если во временный егерский эскадрон коней у нас заберут, боюсь, их для обозов не хватит.

— Господин полковник, вопрос позвольте? — поднял руку присутствующий среди офицеров исполняющий обязанности начальника оружейной команды.

 — Сержант Афанасьев, — представился он, встав со скамьи.

— Конечно, говори, Василий, — кивнул Егоров.

— Господин премьер-майор поведал о том, что кухни походные медленно на колёсном ходу едут, — посмотрел он на Рогозина.

— Медленно, — подтвердил тот, — да это и понятно, тяжесть-то большая, ежели в котлы вода с зерном загружены. Готовка-то ведь у них на ходу прямо идёт. Тут не особо-то разгонишься, могут и оси рассыпаться.

— Во-от, — протянул Василий.