Спускаюсь на первый этаж но, услышав с кухни звуки жизнедеятельности, замедляю шаг.
Стремно, да.
Телефон снова вибрирует в кармане. Достаю и просматриваю сообщение из клиники по нашим с Аней анализам. Все нормально. Этот факт немного расслабляет и даёт законный повод начать с Аней разговор.
— Доброе утро, — в кухню я захожу уже уверенно.
— И вам, — она бросает через плечо холодно.
Наливает стакан воды, кидает туда два шипучие таблетки и молча подает мне.
— Спасибо, — говорю с искренней благодарностью в голосе и слежу глазами за тем, как Аня немного нервно забирает с кухонного гарнитура тарелку с овсянкой и фруктами и ставит ее передо мной.
— Приятного аппетита, — поджимает губы и приносит себе чашку чая.
Садится напротив и с отсутствующим выражением лица размешивает сахар ложечкой.
Ясно, понятно… Я не прощен пока.
— Пришли наши анализы из клиники, — пытаюсь я вовлечь девушку в диалог. — Ты здорова.
— Я знаю, — кивает. — Но все равно спасибо, — вежливо и лаконично.
— Про меня не спросишь? — начиная закипать, дергаю бровью."
"— Не вижу в этом смысла… — почти безразлично отвечает она и поднимает на меня свои блестящие глазищи. — Потому что даже сомневаюсь, что вы помните имена тех женщин, с которыми провели сегодняшнюю ночь. И никаких претензий у меня к вам на этот счёт нет. Спасибо, что развеяли иллюзии.
Глава 24. Алло…
Аня
Делаю глоток чая, приказывая себе держать лицо.
Надеюсь, что слой пудры хорошо скрывает следы моих ночных слез.
Я не помню сколько раз по кругу посмотрела историю в социальной сети Милы. Десять? Двадцать?
Это было просто отвратительно, но я не могла остановиться. Как дозу облучения, принимала пока не затошнит. Чтобы больше никогда и ничего не шевелилось в груди к этому человеку.
Лицемерному. Извращенному. Циничному…
Мне потом ещё пол ночи снилось, как Алексея удовлетворяет та блондинка.
А если он говорил ей все тоже самое, что и мне?
Хочется, конечно, верить, что нет, но лапал не менее жадно.
— Этой ночью я не был с женщиной, — говорит Алексей на столько серьезно, что я тут же бы ему поверила, если бы не видела своими глазами.
— Ложь, — я веду бровью и делаю глубокий вдох. — Это недостойно даже для вас. Поэтому, не нужно ничего говорить. Уж тем более пытаться оправдаться.
— Да я клянусь тебе! — хлопает кулаком по столу Баринов и, сверкая глазами, вскакивает с места.