Будто я один. Такая угнетающая пустота, даже когда вокруг толпа."
"И вот я наливаю себе стаканчик, чтобы заглушить. Затем ещё один. И еще. В голову начинают лезть мыслишки, что ещё вовсе не поздно все изменить. И вот наружу уже является совершенно другой человек. Зато он не страдает от пустоты в душе. Он строит потрясающие своим идиотизмом планы. Как он обзаведётся семьей и станет примерным мужем и отцом.
А пока из меня даже брат путевый не вышел.
В адеквате я тоже бывает планы строю. Только обычно это стратегические решения по расширению бизнеса, покорению очередной вершины и укоренению своих позиций на рынке.
Смотрю на телефон, отчаянно перебирая в голове на кого бы сорваться. Придумал.
— Доброе утро, Глеб Виталич, — сонным голосом лебезит в трубку домработница. — Как командировка? Скоро ли домой?
— Надежда, вы мне ничего сказать не забыли?! — звенящим голосом, задаю наводящий вопрос.
— А что? — по голосу чую, что понимает — не из праздного любопытства интересуюсь.
— Какого. Хера. В моем доме. Посторонние??? — выговариваю я, даже не повышая тон.
— Ой! Это... Лариса Ивановна сказала, что обо всем с вами...
— Разве я не предупреждал! Сообщать мне о каждом подозрительном действии Ларисы Ивановны, даже если она клятвенно заверяет, что со мной это оговорено! Забыла уже ту вечеринку? После которой я вас всех из ментовки вытаскивал!
— Ой, не забыла! Не забыла, благодетель вы наш! Не гневайтесь! Последний раз! Чесслово.
— Чтобы к десяти была здесь! — заканчиваю я разговор. — В своём уме надо быть, чтобы слепую девчонку на все выходные одну в чужом доме бросить...
Кладу трубку, сам ещё не понимая, зачем добавил последнее. Не отпустило ещё, наверное. Отбрасываю телефон на стол. Беру в руки кружку с кофе, намереваясь отпить. Но замираю, услышав возню в коридоре.
Проглатываю сердце, затарабанившее в горле.
Боюсь, что она слышала что-то? Так это и хорошо. Чтобы не питала никаких надежд относительно нашего совместного проживания. Пусть ищет, кому звонить, чтобы забрали...
Сирота.
Чертов внутренний голос, похоже, все ещё противится адекватности. Ну, я же не мать Тереза, вашу мать!
Максимум, можно разок повторить... Как тогда на рояле. Шумно выдыхаю, чувствуя, как меня начинает накрывать запоздавший утряк.