Стоит повернуть не туда, и аж дышать тяжело становится.
Водитель без слов выруливает с парковки у клуба и очевидно берет курс на дом.
А там девочка обиженная. Которую я собирался в покое оставить.
— Погоди, — устало выдавливаю я. — Найди-ка мне книжный магазин какой.
— Ночью?
— Мы вроде в цивилизационной стране живем. Хочешь сказать, нет ни одного круглосуточного книжного? — недовольно бормочу я, укладываясь поперёк заднего сиденья. — Сказал, вези в книжный, значит ты везёшь! Совсем распоясались. И Надежда, гадюка такая.
Приятный дурман в голове позволять не сдерживать себя. И я улыбаюсь, глядя в подрагивающий потолок. Вспоминаю, как ещё сутки назад нашёл у себя в доме сюрприз, который теперь как полюс тянет меня.
Хмурюсь.
Северный полюс. Обидел ведь.
Вот же урод! Черт дернул такое ляпнуть! Надо загладить как-то.
Знаю, что уже завтра мне не понравится мое спонтанное решение вернуться домой. Но это будет завтра. Вот пусть он — тот другой я, и разбирается с последствиями.
Лишь бы снова не обидел.
— Приехали, Глеб Виталич, — оповещает водила, и я отлипаю от сиденья.
— Ну, пойдем, глянем, — бормочу, выбираясь из машины.
Вхожу в двери магазинчика, и сразу направляюсь к кассе. Продавец глядит на меня с очевидным недоверием. Ну а как вы хотели? Круглосуточно работать и без клиентов? Извиняйте.
— Мне нужен алфавит, — начинаю я без прелюдий.
— Это в детском...
— Не, погодите, этот... как его? Брайля.
Пацан кивает и усаживается за комп:
— Сейчас посмотрим.
Пока он стучит по клавишам, осматриваюсь. Рядом с кассой целая витрина всяких побрякушек. Забавные цветастые ручки и карандаши. Брелоки, пестрые резиночки, блокнотики в разного рода ярких обложках. И прочая дребедень.
Ей бы понравилось. Девочкам нравятся всякие такие штучки. Да только она у меня необычная девочка…
Прямо перед кассой стоит полка с какими-то зверушками непонятного происхождения, так как густая белая шёрстка закрывает даже стеклянные глазки бусины.
Беру одного в руки.
— Этого беру, — бормочу, опуская рядом с кассой.
Ещё один зверёк привлекает внимание. Маленькая гиперпушистая птичка.
— Этого тоже посчитай, — велю, выкладывая перед продавцом меховых созданий.
Недостаточно.
Сгребаю жменю разносортного зверья, сколько в руку поместилось, и выкладываю на стойку.
— Думаю, так достаточно, — чешу затылок, понимая, что это перекрывает мое свинство ровно на ноль.
Зато может хоть улыбнётся.