Заметила, что он хромает, спросила, но он замялся, не ответил, я не настаивала. Мне хотелось знать все, каждую мелочь. Я боялась, что у нас не хватит времени все рассказать друг другу.
На улице уже начало темнеть, я понимала, что времени осталось совсем мало. Даян сжал мою руку и серьезно спросил:
– Ты счастлива?
– Да, – не задумываясь ответила я. – Очень. Никогда не была такой счастливой.
Брат внимательно рассматривал меня своими карими, как у меня, глазами.
– Я не понимаю твоего выбора, – сокрушенно покачал головой.
Я засмеялась и поцеловала брата в щеку.
– Однажды и ты встретишь девушку, которую сделаешь самой счастливой и ее родные тоже не поймут ее выбор, – пошутила я.
Мы еще немного посидели, а потом телефон Даяна стал разрываться. Он отошел, чтобы поговорить с кем-то, и я поняла, что все. Сейчас он уедет.
– Мне пора, – произнес брат.
А мне так тоскливо на душе стало. Слезы снова навернулись на глаза.
– Я уже скучаю, – прошептала, прижимаясь к его груди, слушая биение сердца.
– У меня кое-что для тебя есть, – сказал он и пошел к машине.
Вернулся и протянул мне три коробочки.
– Верхняя – моя, от Лейлы – средняя и нижняя – от Милахи.
Трясущимися руками стала открывать подарки. Сначала от Эмилии, там оказалась цифровая рамка фотографий с малышом Наилем. Я улыбнулась, глядя на пухлые щечки малыша. Следом подарок от брата – армейский нож.
– Если захочешь прибить своего мужа, – пояснил Даян.
– Спасибо, пригодится, – засмеялась я.
А последним открыла подарок Лейлы. Душу пронзило тоской. Как я скучала по своей малышке. Уверена, что однажды мы с ней встретимся. Открыла крышку и ахнула. Внутри лежала цепочка с медальоном от Надие, ее мамы и моей мамы тоже, если можно так сказать. Жена Амирхана вырастила меня. Я ее безумно любила… Трясущимися пальцами провела по металлу.
В горле вырос ком, который мешал дышать.
– Передай им спасибо… Скажи, что я их очень сильно люблю…
Мы еще немного постояли и Даян собрался уезжать.
– А… Амирхан… он говорит обо мне? – тихо спросила.
Мы весь день не говорили о старших братьях. А я хотела знать. Мне нужно знать…
– Ками, – лицо Даяна смягчилось. – Дай ему время…
Я лишь понуро кивнула. Крепко обняла на прощание брата, и он уехал. Я чувствовала такую грусть внутри. Я очень люблю свою семью… Но Влада я люблю больше. А если мой выбор они не принимают… Я ничего не могу с этим сделать.