Его невинная жертва

Я и сам не понимал, какого х*ра творю и какая мне нах*р разница, что она там чувствует?!

– Сегодня вечером будешь ужинать со мной.

– Я не голодна.

– Это не просьба, Камилла.

С этими словами я оставил девушку в покое.

Что это сейчас было?

Я что пригласил Камиллу Абрамову на свидание?!

25

Камилла

Как только за моей спиной закрывается дверь, я позволяю эмоциям прорваться наружу. Спускаюсь вниз по стене и плачу. Я злюсь, пребываю в отчаянии и пытаюсь понять – за что мне всё это. Сладкий вкус свободы был так близок… Но я слишком переоценила свои силы и недооценила соперника.

А самое ужасное – я реально верила, что смогу убежать из этого кошмара… Какая же наивная идиотка. Но говорят, что нам посылают ровно столько испытаний, сколько мы можем выдержать… А значит, я буду терпеть и строить новые планы. Минута слабости к себе позади. Я встаю с пола и иду в ванную. Долгий горячий душ поможет привести мысли в порядок…

После душа иду в комнату и надеваю на себя длинную футболку. Сажусь на кровать, подтягивая к себе колени.

Какого чёрта от меня хочет Влад? Какой ужин? Вообще уже рехнулся этот идиот? Приказывает мне! Да пошёл он! Надо было его послать сразу, а не молчать, дуре. Я злюсь на себя за бесхребетность: развожу нюни и ему показываю свою слабость. Не пойду на ужин, пусть катится к чёрту! Решено. Но с другой стороны… А вдруг он именно этого и ждёт от меня? Опять его дебильные игры. И он уверен на сто процентов, что я не приду на ужин… Значит, надо идти. Хотя бы для того, чтобы лично послать его.

Посмотрев на часы, прикидываю, что время до ужина ещё очень много, можно и поспать после такой ночки. Воспоминания о ней, почему-то кажутся жутким сном. Наверное, так организм справляется со стрессом… Не хочу ничего анализировать и думать, а что было бы, если бы я сделала по-другому. Устала я. Надо поспать…

Прикрываю глаза в надежде тут же отрубиться, как слышу, что в дверь скребут… Сердце болезненно сжимается, а на глазах выступают слёзы. Я до боли прикусываю губу, чтобы не расплакаться.

Проклинаю себя, ненавидя всей душой за то, что сделала с собаками… И вот они пришли ко мне, как и делали каждый день. Поддерживали меня. Стали мне друзьями. А я так с ними…

На ватных ногах подхожу к двери, открываю её и тут же падаю на колени, сотрясаясь от рыданий. Аид и Лилит заходят внутрь и, как делали всегда, встав по обе стороны от меня, начинают утешать.

– Простите меня, пожалуйста, – прошу между всхлипами.

Я обнимаю собак, искренне раскаиваясь.