Ведь Даян думает, что Туманов меня насиловал, ещё и кровь по лицу размазал… Расчетливый ублюдок!
– На улицу их, – отдаёт приказ Влад, и пленников начинают выводить из помещения.
– Зачем? Что ты собрался делать? – спрашиваю тихо.
Мужчина останавливается и внимательно смотрит на меня.
– А как ты думаешь?
Вздрагиваю от его слов, потому что прекрасно понимаю, для чего он выводит всех на улицу. Сегодня Владислав Туманов станет их палачом. Люди погибнут из-за моего брата, потому что он хотел спасти меня… Нутро скручивает тугим узлом, а сердце сжимается от боли.
Едва не сгибаюсь пополам, а внутренности обжигает, словно серной кислотой. Рыдания душат изнутри от осознания, что я действительно готова принести всех их в жертву. По щекам начинают катиться слёзы. Меня разрывает изнутри от эмоций.
Влад, словно издеваясь еще больше, аккуратно, с нежностью, стирает слёзы с моих щёк.
– Я же говорил, что ты умная девочка. Всё понимаешь, – говорит мужчина.
А самое ужасное – я действительно понимаю, почему он это делает.
– Успокоилась? Тогда пошли.
Туманов снова ведёт меня к выходу. А я иду и думаю – разве можно успокоиться? Как это возможно?
Выходим на задний двор, где брата и четверых выживших снова ставят на колени, а вокруг… Останавливаюсь, как вкопанная, меня начинает тошнить. Смотрю и не верю своим глазам. Пусть всё это будет кошмарным сном! Вокруг лежат тела погибших.
Влад начинает что-то говорить, но я не слышу. Ни единого слова. Я пребываю в шоке. Многое в жизни пережила и многое видела, но столько жестокости, как сегодня… Я смотрю на эти тела – изуродованные, изувеченные, оскверненные… и не могу дышать, такое чувство, что и я умираю.
Никогда раньше не думала, что у смерти есть запах. А сейчас такое чувство, что я вся пропиталась им – не выветрить, не отмыться.