Оно и к лучшему. Значит, завтра нам никто не будет мешать.
Несмотря на то, что весь день мы провели в пределах сотни метров, он получился насыщенным. Я прилично подвымотался, да и Ева последние минут тридцать активно хлопает ресничками и украдкой зевает, так что после ужина и мытья посуды мы сразу же расходимся по своим спальням."
"До жути не хочется ее отпускать. Хочется забрать к себе. Как сегодняшней ночью, лечь, уснуть в обнимку и точно так же проснуться. Старею, наверное? Давно я именно не спал с женщиной в одной постели.
Вернее, два вопроса.
И один из них сам о себе напомнил.
Зайдя в свою спальню и взяв телефон в руки, снова вижу пропущенные вызовы от Вероники. Недолго думая, перезваниваю. Ходить кругами не привык и решения оттягивать тоже. Как бы поспешно и резко это ни прозвучало, но нашей с Никой истории пришел конец.
Гудки были недолгими. Щелчок, и:
– Дамир, до тебя невозможно дозвониться! – щебечет недовольно в трубку женщина.
– Вероника...
– Ты ведь в Церматте, да? – не дает и слова вставить любовница. – Что у вас там случилось? Тут о какой-то лавине говорили? И надолго ты там застрял? Надеюсь, ты помнишь про рождественский ужин с инвесторами? И вообще-то завтра, Абашев, н...
– Давай по существу! – теперь перебиваю я, потирая переносицу и присаживаясь на край кровати. Устал. И как же меня дико раздражает ее голос. Впервые ловлю себя на этом ощущении: как по нервам режет ее тон с претензией.
– Что “по существу”?
– Что ты хотела, Ника?
– А почему так грубо, Абашев? – тут же взъелась та, а в вопросе проскочили нотки подступающей истерики.
– Вероника, я устал. У меня нет ни времени, ни желания выслушивать все, что ты собралась на меня вывалить. Ты говоришь, что нужно тебе, я говорю, что нужно мне. На этом расходимся.
– Что? В каком это смысле “расходимся”, Дамир?
– В таком.