Ведь никто из нас не хочет, чтобы у Тюменского княжества-крепости была дурная слава. А то если на гостей нападать, в конечном итоге в самой Столице станут судачить, что у нас тут беспредел, верно, княже?
— У нас нет беспредела! — резко ответил Турский.
— Уже нет, — кивнул я, всем своим видом показывая, что соглашаюсь с его словами.
— И не было раньше! — резво изрёк он, кинув напряжённый взгляд на Огниву и Дира.
— Ну раньше-то как раз беспредел у нас процветал… — напоказ вздохнул я. И, прежде чем князь успел что-то ответить, я быстро спросил: — Или Корявый скрыл свои злодеяния от тебя, княже?
Турский снова напряжённо глянул на моих старых соратников.
Олег Ерофеевич что было сил напрягал мозги и строил всевозможные догадки. Не удивлюсь, если он полагает, что Дир и компания прибыли из Столицы с какой-нибудь тайной проверкой.
— Я решительно не понимаю, о чём вы говорите, Константин Иванович, — наконец-то произнёс он и быстро направился ко мне. Князь хотел взять меня под локоток, но я сделал вид, что не заметил его жеста, и уклонился, повернувшись лицом в ту сторону, где началась сегодняшняя битва с силами Корявого.
— И уверен, вы знаете, что Корявый — бандит, посмевший напасть на наших гостей из Столицы! — Я решил поднять ставки и в тот же момент ощутил, как ещё сильнее напрягся князь.
А затем уже я сам резко повернулся к князю и склонился над его ухом:
— Корявый через третьи руки организовал нападение на имение моего рода. Прямо в тот момент, когда мы с братом оказались за стеной и выполняли возложенный на нас «подвиг». Не знаешь, княже, как твоя дружина допустила этого, когда она должна была внимательно следить за чистотой выполнения «подвига»? Это косяк, княже.
— Какие наркотики? — округлил глаза Турский.
— Которые на складах Корявого лежат, разумеется. Или в княжестве ещё какие-то другие есть? — Я чуть повысил голос.
Турский раздражённо дёрнул губой и тут же опасливо покосился на Огниву и Дира.