И вот он пришел домой с этими шарами, а ты им обрадовалась больше чем платью. И так всегда было. Папа — это святое.
— Мам, — подошла, обняла её. — Ревнуешь? Платье было самое красивое на свете, честно! На втором месте в рейтинге моих любимых, сразу после свадебного. Спасибо, спасибо, спасибо, — трижды поцеловала её в щеку.
— Ой, уйди, подлиза.
— Мам, а почему папа продолжал тогда, в девяностые, работать, если ему даже не платили?
— Стаж шёл. Коллектив хороший был. Да и надеялся он, что заплатят. Все так жили, разве что бандиты жировали, да те кто сумел приспособиться.
— Муторно мне, мам, — передернулась я. — Места себе найти не могу. Может, Полина бомбу заложила где-то здесь, и сейчас рванёт?
— Типун тебе на язык!
— И Денис не звонит. Всегда набирал сразу после боя, а сейчас пропал.
— Так сама ему возьми и позвони.
— А вдруг он Полину вызвонил, или и того лучше — к себе выписал? Отжигают сейчас, празднуют. А тут я со своими звонками, мешаю хорошим людям отдыхать.
— Значит, не звони, — пожала мама плечами.
— Советчица уровня Бог!
— Ну какая Полина, Соня? — всплеснула мама руками. — Дочка, да будь Денис с ней, имей она на него право, ходила бы она за тобой как собака побитая? Следила бы? Угрожала? Нет, сидела бы и посмеивалась довольно. Ты Дениса отталкиваешь — а он всё равно к тебе идёт, не к ней.
— И сейчас ты скажешь, чтобы я его простила.
— Не скажу, решать тебе, Соня, а не нам.
— Они меня унижали. Денис, его родители, Полина. Меня и Макара унижали."
"— Разве? — мама положила мне ладони на плечи и мягко улыбнулась, глядя в мои глаза. — Нельзя унизить человека без его согласия. Кажется, эта фраза принадлежит Элеоноре Рузвельт, и я с ней согласна. То, как другие себя вели — на их совести, они не тебя унижали, они свою суть раскрыли. Тебе может быть больно от этого, обидно, но разве тебя унизили? Разве ты позволила себе быть униженной? Прекращай, дочка.
— Денис — тоже мусор?
— А сейчас ты сама его защищаешь, —с улыбкой покачала мама головой. — Нет, Денис не мусор. Он просто… сама знаешь, не буду озвучивать. Не дело это — чужих мужей ругать.