Он смотрит на меня, на мужчину, что шагает рядом со мной. И такой у него взгляд — мурашки бегут по коже. — Извините, меня ждут, — вынуждена была сказать.
Направилась к Денису, и отец Леши мигом из головы вылетел, мы с Дэном договаривались, что он встретит меня после собрания — и он встречает. Я смущалась косых взглядов родителей, а теперь понимаю — зря. В следующий раз пойдем вместе. Мы дальше живем, у нас все хорошо, Макар доволен… чего мне еще надо?
Мы вместе поговорили с сыном там, на море, два месяца назад. Объяснили, кто такой Матвей, и что у папы есть второй сын.
Наверное, уже скоро. Аня говорила, что сеансы с психологом стали реже, Матвей так же адаптировался, в школе завел друзей.
— Привет, — подошла к Дэну и широко улыбнулась. Я теперь всегда рада видеть его, и даже ночами, бывает, скучаю.
— Это кто? — кивнул Дэн мне за спину.
— Отец Леши, — распахнула дверь машины.
— Который с Макаром дружит? — Денис помог мне расположиться в салоне. Дверь не закрыл и на меня не смотрит — он щурится на мужчину, который от школы меня провожал. — Вы с ним за одной партой сидели?
— На собрании? Да.
— Понятно.
Хлопнула дверь, я проследила, как Денис размашистым шагом обходит авто. Его ревность — не новость, но я даже в разводе ежедневно вижусь с ним.
— Какие планы на вечер? — спросил Денис, когда сел за руль."
"Уткнулась носом в ароматные бутоны роз. Только что меня об этом спрашивал отец Леши, и ему я бы отказала. А Денис…
— С Макаром поедем к родителям.
— С вами можно?
— Да.
— Как собрание прошло?
Начала рассказывать. Он рулит и внимательно слушает, косится на меня, когда я смеюсь и тоже улыбается, вопросы задает, и я болтаю, болтаю. Не заметила, как пролетела дорога, и мы оказались у дома.
— Сейчас няню отпущу, соберемся и выйдем, — сказала Денису.
Он ждать остался, как раньше ждал меня у подъезда, а я собиралась быстро, словно на свидание тороплюсь. Проводила няню, в сумку покидала игрушки.
— Некоторым поставили по одной пятерке, а некоторым по три, — сказала Макару. — Это в первую неделю вашей учебы было. Когда знания оценивали.
— А мне сколько? — сын аж замер с открытым ртом.
— Тебе три, — поцеловала его в щечку.