Его выбор (СИ)

Дочь пошла в меня, а сын в отца – светловолосый, с таким же серьезным взглядом, как у Макса, не подходящим его шестилетнему возрасту.

– Макс, – простонала я, смотря на хмурящиеся лица детей, не будь нас рядом, они бы уже наверняка бросились бы друг на друга, а так каждый сдерживается.

Не хочет начинать первым в нашем присутствии, только молниями стреляют друг в друга. Что они в этот раз не поделили? Даже думать не буду. В предыдущий раз поругались из-за мяча, представьте себе, всего лишь из-за того, что он у них разного цвета.

Сыну почему-то захотелось розовый, а дочери черный, в итоге, пришлось покупать обоим еще по одному, ведь своими делиться никто не желал, упертые они точно в Макса, хотя, когда были в магазине, каждый был уверен в своем выборе, а вот дома – нет.

Снова откинулась на кровать, не в силах даже подняться с постели, показывая всем своим видом, что сегодняшнюю ссору между детьми будет решать он, потому что я без сил.

Все мышцы болят, после вчерашнего забега стаи, в котором теперь я участвую на постоянной основе, но так как я и спорт – вещи несовместимые, каждое такое утро после забега, просто ужасное. И хоть Макс говорит, что двигаюсь я очень плавно и быстро, мне всегда кажется, что я мамонт – большой, по сравнению с волками, неповоротливый, куда мне до их грации, и медленный.

Мужчина поднялся с кровати и, накинув на себя халат, вышел из комнаты, говоря по дороге, что маме нужно отдохнуть и позже она обязательно выслушает их, а пока детям придется рассказать все ему.

Элеа только раздраженно ощетинилась на расплывшуюся в довольной улыбке мордашку Эйдена. Тот знал, что Макс его ругать не будет, это я часто защищаю принцессу, говорю, что девочек обижать нельзя, но вот альфа во всем разберется, найдет виновных и обязательно накажет, и чувствовала я, что на этот раз все не так просто, слишком уж была недовольна таким поворотом дочь.

Я же, разморенная и еще не скинувшая марево сна, снова задремала, проснувшись уже от совершенно другого…

Мягкие губы чертят влажную дорожку на шее, заставляя все внутри отозваться такой ненавязчивой, но такой желанной ласке. Шумное дыхание щекочет за ухом, и я жмурюсь.

– Кто-то уже проснулся, – доносится довольное.

А тем временем горячая ладонь опускается между ног.