— Не обращай внимание, — сказала я, — брат вне себя от радости, что составляет мне компанию.
Кирион в подтверждение моих слов поднял большой палец вверх.
— Хм! — многозначительно отозвался Франклин.
— Итак? — подсказала я.
— Да, презент, — вернулся к теме визита Франклин и протянул мне небольшую книжечку.
Я посмотрела на темную обложку со скромным посеребренным названием в духе «Любовная любовь для любимого» и подняла совершенно обалдевший взгляд на Франклина.
— Ты издеваешься?
— Бестселлер! — парировал парень.
— Ладно… — неуверенно сказала я.
— Пообещай, что откроешь.
— Ммм…
— Хотя бы одну главу!
— Автор тебе заплатил, признайся, — подал голос Кирион, тукая в грушу, которая подпрыгнула и бодро помчалась ему в руки.
— Если бы, — вздохнул Франклин.
— Ладно, я открою, — нехотя согласилась я. — Но только одну главу!
Франклин кивнул и с победоносным видом вышел.
— Видать записку подсунул, — сказал брат и откусил от груши.
— Угу, — ответила я, переворачивая книженцию, из страниц которой вывалился конверт.
— И что там? — вяло поинтересовался брат.
— Ой, да как обычно, — я раздраженно скомкала надушенный шедевр эпистолярного жанра и швырнула в мусорку. — Пафосные признания в любви и самоуверенные заявления, что лучше него мне ни в жизнь не найти мужчину.
— Напомни, почему ты его еще не отчислила за профнепригодность?
— Даян аргументировал его полезность.
— Ну да, оре-Юарт интересная семейка…
В дверь опять постучали.
Мы с Кирионом переглянулись — кажется, началось паломничество. И точно, явился Натаниэль, поинтересовался, не хочу ли я послушать, как наш гений музицирует. Потом явился Лестер, предложил приготовить что-нибудь вкусненькое. Я хотела согласиться, но Кирион вежливо отказал — еще всякие женихи без допуска будут шастать на кухню. Потом пришел Аскольд и спросил, составлю ли я компанию им на обеде, а то может и ему лично.
Глава 8
Весь день я провалялась в прекрасном безделье. Точнее, сначала я бегала по своему купе в состоянии бешенной белки, все еще мысленно пребывая в рабочем кабинете. Но потом Кирион пригрозил, что вольет в меня силком винище, если я не перестану составлять вслух очередной приказ, и меня отпустило. Ну, точнее, после его слов и пары бокалов вина.