Спросил так с ленцой, по-хозяйски катая дорогой коньяк в бокале.
Наверное, ей стоило бояться. Но она уже давно ничего не боялась. Впрочем, и прочих эмоций девушка тоже не испытывала. Слишком сложная жизнь притупила все чувства и хорошие, и плохие. Остался лишь расчет. Такой простой и такой понятный.
— Я никому не подчиняюсь, — спокойно ответила Констанция, смотря прямо в глаза собеседнику.
— Вот как? — приподнял бровь гость. — Ты уже и забыла, кому обязана всем этим? — он обвел рукой с бокалом помещение.
— Совет мертв, — гордо вскинув голову, ответила девушка.
— Отнюдь.
— Совет мертв, — повторила она, — А ты занял это место лишь потому что остальные погибли.
Сиреневые глаза хищно сверкнули, в комнате потянуло холодом. Таким чужим, жутким, пробирающим до костей.
— Я занял это место потому что умный. А остальные погибли потому что дураки. Не все. Но многие.
Констанция чуть подалась вперед, изящные пальчики на мгновение обернулись смертоносными когтями.
— Мой отец всегда считал тебя слабаком и трусом.
Ледяной рассмеялся. Искренне, весело. Жутко.
— Твой отец был очень талантливый лидер. Но, как и всякие талантливые лидеры, самонадеян и недальновиден. И его здесь нет. А ты провела половину жизни на задворках империи в нищете, ублажая принца, который на тебе никогда не женится.
— Женится, — усмехнулась девушка. Усмехнулась хищно, узнаваемо.
Ледяной помолчал, оценивающе рассматривая Констанцию.
— Смотрю, ты многое унаследовала от отца, — проговорил он медленно. — Живой ум, амбиции и полное отсутствие критического мышления.
— Я…
— Ты закроешь свой рот и выслушаешь меня, — с легким нажимом произнес маг, и температура в комнате упала до минусовой, обращая дыхание в облачка пара.
— Почему же? — негромко спросила Констанция, с трудом разлепив покрывшиеся инеем губы.
Ледяной маг усмехнулся и щелкнул пальцами, отзывая холод и возвращая в комнату желанное тепло.