Это должен быть самый сильный, самый влиятельный воин. И он определенно должен знать больше, чем остальные. Он сидел на полу, откинувшись спиной на стену, гордый, несломленный, с удивительно одухотворенным лицом.
Брат кинул взгляд на группу сопровождения, и от нее отделился один из бойцов. Этот человек говорил на кочевом наречии, и должен был помочь наладить коммуникацию.
— Принцесса желает говорить с тобой, — произнес толмач.
Кочевник, медленно отрыл глаза.
— Мне нечего ей сказать.
— Она будет задавать вопросы.
— Мне нечего ей сказать.
— Будет лучше, если ты согласишься, — толмач терпеливо продолжил уговаривать кочевника. — Принцесса строга, но справедлива.
— Ей нечего мне дать.
Кочевник прикрыл глаза, как бы говоря о том, что аудиенция окончена.
— Ваше Высочество, может мы его это? — комендант неопределенно мотнул головой в сторону пыточной.
Я усмехнулась, покачала головой и медленно начала подходить к пленнику. Шаг. Другой. Третий…
— Ваше Высочество… — позвал меня Вальтер.
"Оклик мага я проигнорировала и подошла к пленнику максимально близко. Так, что при желании он могу бы меня схватить рукой.
— Я предлагаю тебе смерть, — спокойно произнесла я на чистом кочевом наречии, заставив мужчину у моих ног широко распахнуть глаза. — Чистую, гордую, свободную смерть от благородного клинка. Если же ты и твои люди откажутся, то вы останетесь здесь навсегда. И год за годом будете дряхлеть, болеть, превращаясь в немощных больных стариков.
Мужчина смотрел на меня снизу вверх, и в его равнодушных серо-карих глазах мелькнуло удивление.
— Ты не боишься меня, — медленно произнес кочевник. — Почему?
— Я — есть Железо. Железо не боится плоти.
Кочевник прикрыл глаза, обдумывая мои слова, и, спустя долгую минуту, все же ответил:
— Хорошо. Спрашивай. Тебе я отвечу.
Я внутренне скривилась. У меня не было никаких навыков ведения допроса, да и язык кочевников я знала поверхностно. Но в нашем случае даже угроза пыток не слишком его опечалит — геройская смерть их не страшит.
— Зачем вы нападаете? — наконец, подобрала я вопрос. Он не был нужен для допроса, но мне лично было интересно понять, что твориться в голове у наших врагов.