Вместо ответа Кирион сказал:
— Даян — гений!
Я выразительно приподняла бровь, все еще чувствуя раздражение от проведенной с матриархом беседы. Близнец мое настроение уловил тонко, а потому перешел сразу к сути вопроса:
— Что ты знаешь о «коротком сжатии» акций?
— Это что-то на умном, — честно ответила я, плюхнувшись на диван.
Даян закатил глаза:
— Тебе очень и очень надо подтянуть экономику.
— У меня есть ты, — парировала я, — этого достаточно. Так что ты придумал?
Близнец неодобрительно покачал головой, но читать мне нотации не стал.
— Значит, смотри. Наша гипотеза, что Киллинджер выпускает фальшивки в оборот, так?
— Так, — кивнула я.
— Его банк частный, и акции его банка торгуются на Ирониумской бирже. Так?"
"— Так, — тут я кивала уже е так уверенно, потому что не понимала, к чему клонит брат.
— Мы создадим бешенный спрос на ценные бумаги банка. Заставим цену расти перпендикулярно вверх.
— Но он не обязан их выкупать, — заметила я.
— Не обязан, — согласился Даян, — но принцессе мало кто может отказать в такой малости.
— И как это поможет нашему вопросу? — приподняла я бровь, не до конца понимая сути, зато чувствуя, что афера будет очень дорогая.
— У всех банков должен быть свой золотой резерв. По идее, ему придется выгрести все, чтобы оплатить собственные бумаги. Все и еще кое-что сверху.
— То есть ты думаешь, что нам вынесут ящик золота, и где-то внутри будет запрятана парочка фальшивых монет? — уточнила я.
— Не парочка, а стопочка или даже несколько. Но смысл тот, да, — кивнул Даян.
Я задумалась, чувствуя некоторый подвох в происходящем.
— Так, и что в этой идее мне должно не понравиться?
Близнец замялся, и я вздохнула:
— Выкладывай.
— Нам нужны люди и… деньги.
— И много? — уточнила я.
— Ну… — протянул Даян. — Половина твоей казны.
У меня глаза на лоб полезли:
— Ты издеваешься?!
— Мы прижмем Киллинджера, его земли, недвижимость и производство отойдут короне.
Каждый раз, когда мы решали провернуть какую-нибудь пакость, у меня на языке вертелся вопрос «А если не выгорит?». Обычно размер убытков был пренебрежимо мал или приемлем, и я молчала. Но рисковать половиной личной казны?
— Ладно, допустим… — медленно проговорила я.