Именно она и смеялась. Вид у нее был самый, что ни на есть счастливый. Правильно, а чего печалиться? Положение в обществе есть, завидный жених — имеется, в академии ее ценят и уважают. Жизнь прекрасна. Не то что у меня.
Она мазнула по мне ничего незначащим взглядом и отвернулась. Наверное, даже не узнала в толпе. Да и почему красавица Валлея из древнего рода, дочь главного лекаря Ралесса должна помнить какую-то фею? В этот момент мне стало стыдно, за свою тупость, наивность. Что я о себе возомнила, целуясь с Джером? Что он выберет меня вместо вот этой красивой, словно принцесса, девушки, идеально подходящей ему по всем параметрам? Об этом мечтала? Стыдно признаваться самой себе, но да.
Они прошли мимо, а я как истукан остановилась посреди коридора несмотря на то, что всем мешала. Студенты торопились на следующее занятие, задевали меня, ругались, одаривая недовольными взглядами, а я продолжала стоять.
Нельзя же так. Я ведь живая. У меня чувства есть. У меня сердце в груди заполошно мечется, захлёбываясь кровью.
На меня налетел какой-то толстый парень и повалил на пол, едва не придавив своей тушей.
— Прости, — промямлил смущенно, помогая подняться, — я так торопился, что не заметил тебя.
— Ничего страшного, — я потирала ушибленный локоть, — все в порядке.
Толстяк еще паз извинился и побеждал дальше, а я вынырнула из затмения. Зачем прятаться и что-то откладывать на потом? Надо задавать вопросы здесь и сейчас, чтобы не растягивать агонию. Умирать лучше быстро, чем по частям.
Мне нужно найти ледяного мага. Немедленно!
Решительно вздернула подбородок, развернулась на пятках и пошла обратно, в ту часть Академии, где обучались стихийные маги.
Ледяного я заметила издалека. Он выделялся на фоне остальных разворотом плеч, манерой держаться, серьезным взглядом.
Внутренности затрепетали, дрожали с каждым шагом все сильнее. Когда между нами оставался десяток шагов — меня уже просто трясло, колени подгибались, подбородок дрожал, а все слова мигом выветрились из головы.
— Вита? — удивился он, заметив мое приближение, И на холеной физиономии появилась улыбка. От нее стало только больнее. Я разозлилась. На него, а еще больше на саму себя и свою глупость.