Элемента.T

Она плакала день и ночь, она умоляла Умуна забрать её, сделать своей наложницей, рабыней, ковриком под дверью, чем угодно, только вернуть парня. И Умун оживил его.

Фужер в руках Таэл накренился, но она даже не заметила, как сладкая жидкость полилась на платье, пока она не пропитала ткань насквозь. «Плевать!» — мельком бросила Таэл взгляд на испорченное платье.

— Умун забрал её, но она тосковала в Замке. Он вылечил её от любви, но она стала как бездушная кукла. Он повернул время вспять и вернул ей любовь. И только тогда он понял, что всё это время хотел счастья для себя, а должен дать счастье ей.

Он был очень могущественный правитель. Он разрешил смешать кровь людей, и она смешалась. Он разрешил любые связи, что угодно, лишь бы она была счастлива.

— А она? — Элэм тоже слушал не дыша.

— А она родила ребёнка, который умер. Потом следующего, и он тоже умер. Она плакала и во всём обвиняла злых богов.

— Вот же тварь!

— Эмэн! — одёрнула его мать.

— А он?! — не выдержала бабушка Онта, словно не знала правды.

— А он приказал придумать что угодно, чтобы у её детей был шанс.

— И ты придумала? — Таэл точно знала, что это была Хранительница.

— Это моя работа, — улыбнулась Сама.

— Она была счастлива? — спросила Таэл.

— Да, но недолго. Она родила троих детей, но оказалась плохой матерью, плохой хозяйкой и плохой женой. Её красота поблёкла, она стала нервной, раздражительной, озлобленной. Гоняла мужа, орала на детей. Умун перестал за ней следить. Он проклял день, когда влюбился.

Он пожалел обо всём, что сделал ради неё. Но его власть закончилась, на смену его поколению пришли их дети. Он уже ничего не смог бы изменить, да больше и не хотел.

Она встала и наполнила бокалы всем, кто их протянул.

— За любовь! — сказала Хранительница Душ, поднимая свой бокал. — Чтобы она не испортила ваши юные души!

— Ох, уж эти ваши чувства! — покачал головой Армариус, пока все с удовольствием прикладывались к напитку.

— Ох, уж эти ваши знания! — ответила ему Сама, подходя к его конторке.

— Ты так рассчитываешь на них, но в споре между разумом и чувствами всегда побеждают чувства. И пусть они порой иррациональны и кажутся глупыми, но повинуясь голосу сердца, даже ошибки мы переживаем легче. Мы принимаем их как свободный выбор. А холодный расчёт делает нас  несчастными и жёстко зажатыми в тиски слов «так надо».

— Предпочитаешь быть глупой и счастливой? — усмехнулся он. — Если бы у меня была возможность доказать, я бы поспорил.