Таэл видела разноцветные круги у себя перед глазами, потом среди них начали мелькать вполне осознанные воспоминания: море, Элэм, яхта, уставший и подавленный Эмэн, Энта в чёрном с веером, красный кролик."
"Говорить начал Ватэс и в голове у Таэл закрутились нереальные картинки: комната Элэма, завешенная портретами сестры, Энта на коленях, умоляющая древних богов о затворничестве, Элэм среди красных доспехов, улыбающийся, довольный, и она сама на лошади и Ратвис одной рукой держащий поводья, а другой прижимающий её к себе.
Но когда зазвенел ледяной голос Пророчицы, стало страшно: земля содрогнулась, потрескалась и стала осыпаться в разлом; лава, извергалась потоками на плодородные поля; огромная волна, затопила сушу. И люди, их люди, убитые и раненые, окровавленные, лежащие среди горящей земли, рядом с развороченной живой плотью Титанов, возвышающейся грудами зловонных кишок. Пылающие города, разрушенные дома, площадь Четырёх Храмов, заваленная трупами, и свежие руины храмов на которых размахивая руками и неизвестными флагами командуют грязные оборванные люди с горящими ненавистью глазами.
Картинки одна ужаснее другой ещё мелькали у неё перед глазами, когда все четверо Мудрейших начали говорить одновременно. Они говорили всё громче и громче, или Таэл просто так казалось, но последние слова гудели набатом под сводами часовни.
—От бога безлунного мира, Вам, дети погибшей Луны даруются новые знания и новые силы даны.
Они повторили это раза три, но наконец, всё стихло.
Таэл едва стояла на ногах, и голова её отзывалась сотнями голосов людей, что теперь поселились в её голове. Она знала всё про всех, всё что за эти восемьдесят лет узнали все её предки. Всё, что произошло за те восемнадцать лет, что они росли. Но, главное, она знала, что любила Ратвиса и только что наградила любовью весь свой род. Принесла заразу, а может, одарила великой силой?
Все секреты, все тайны, скрываемые восемнадцать лет, теперь были им всем известны. Но, главное, теперь ни одна сила на свете не могла избавить их от этой любви.