Вот не думал Феликс, что и ему тоже достанется этот прожигающий насквозь взгляд. Было неприятно, а она ведь лишь скользнула по нему и продолжила испепелять им Дэна.
— Нора Карловна. Так зовут меня на работе. Если я скажу, что слишком занята, чтобы выслушивать ваши просьбы, вы же всё равно не отстанете?
— Мы постараемся быть не слишком навязчивыми. — Дэн отлично держался, делая вид, что не замечает её неприязнь. — Возможно, вы просто подскажете в какой отдел нам обратиться, тогда мы с Феликсом уйдём ещё быстрее.
Она деловито передвинула на своём столе какие-то пожелтевшие от времени бумаги, словно они мешали ей слушать, и освобождённый от их тяжести новенький глянцевый журнал соскользнул с края стола. Дэн подхватил его на лету.
— Есть журналы, в которых не сверкает твоя голая задница? — посмотрел он на Феликса, качая головой и возвращая журнал владелице.
— Конечно! Мурзилка, Весёлые картинки, — невозмутимо парировал Феликс, краем глаза рассматривая, какая именно реклама была на обложке.
— Сомневаюсь, что их ещё выпускают, — ответил Дэн.
— Почему же нет? Конечно, выпускают, — ответила бабка. Голос её потеплел и смягчился, и теперь она смотрела то на Феликса, то на обложку журнала, словно сверяя сходство, и осталась довольна. — Красивая задница, чем могу помочь?
Феликс слегка опешил от такого обращения. А старушка, победоносно вздёрнув подбородок, перевела свой взгляд на Дэна.
Пока Дэн объяснял про пожар в Сосновке, Феликс рассматривал заваленный старой макулатурой кабинет.
Пожилая нимфоманка, кажется, поняла, о чём её просят. Она с трудом поднялась и, осторожно переставляя ноги, пошла к выходу. Феликс покосился на стул, с которого она встала — не сидит ли она на увесистой пачке газет? — к сожалению, просто старый обшарпанный стул.
— Алиенора, Вы не рано вышли на работу? — заботливо поинтересовался Дэн.
— На том свете отлежусь, — отмахнулась она."
"В хорошо освещённом помещении, размеры которого оценить было трудно из-за нагромождения перекрывавших друг друга стеллажей, бабка давала указания чётко и коротко. И судя по тому, как пара немолодых уже женщин немедленно кинулись их выполнять, чувствовалось, что её здесь слушаются безоговорочно.