Ну или, согласно современным реалиям, перечисляет средства на какой-нибудь анонимный и непременно благотворительный счёт. А быков - кто их считает? убъют этих - найдутся другие!
Я сделал несколько шагов вглубь пустыря, внимательно глядя под ноги и осторожно ступая между мусором. Подойдя к какой-то куче остановился, и сделал вид, что хочу отлить.
- Эй, мистер! - Голос был визгливый и резанул по ушам.
Я не торопясь закончил свои дела и застегнул ширинку джинсовых шорт.
- Чего тебе, - не оборачиваясь бросил я через плечё.
- Проход здесь платный. - Включился в беседу другой. Здоровяк, чуть повыше меня и явно шире в плечах. - А посцать, так вообще больших денег стоит. - Бугай довольно загоготал.
Третий, молча жевал жвачку. Затем достал из кармана балисонг, ""бабочку"" по-простому и, явно стараясь запугать, стал играться ею. Эффектно так махая, складываю-расклыдвая. Ну, прямо кино, блядь.
Я уже собрался выпустить на этих убогих элементалей но меркантильность меня остановила. Надо сначала прикинуть, что с этих убогих я смогу поиметь.
Всё в этом мире ресурс. Подчинённый - ресурс для начальника. Жертва ограбления должна служить вот такой вот гопоте. Ну а эти недоумки когда-нибудь сослужат службу мне. Кровавую, разумеется. И кровь прольётся именно их. Ну а как иначе. Глупо думать, что я научу их вышивать крестиком. Так что ""как то так"".
Говорить о какой-то там ""драке"", ""неравном бое"" или ""смертельном поединке"" было бы смешно.
Я выставил силовой барьер в пятнадцати сантиметрах от тела и стал ждать.
На лицах троицы отобразилось лёгкое недоумение. Произошёл слом шаблона, так сказать. Напротив них, троих матёрых мужиков стоит шестнадцатилетний с виду пацан и, вместо того, чтобы трястись от страха, спокойно и с каким-то плотоядным интересом, предвкушающе смотрит на них.
Троица разделилась, остальные двое тоже достали ножи и банда двинулась на меня. Один шёл напрямую, а парочка стала обходить с двух сторон. Вдруг один из уголовников резко остановился и разразился громкой прочувственной бранью на местном языке. Чёй это он так разволновался, болезный? Впрочем, вскоре загадку разъяснил амбал.