И только при волнении девочку прорывало на балабольство.
Сама же Вера молчала.
Она думала.
Хорошо, что они с Тарасом вчера разошлись. Вера была на эмоциях, могла наговорить лишнего. Да что наговорить! Если бы не холодный отчужденный взгляд мужчины, она кинулась бы к нему в объятия.
С поцелуями и заверениями, как сильно она по нему скучала, и как безумно рада видеть. И это в лучшем случае! В худшем, как последняя дура, зашептала бы слова любви.
А что получила бы в ответ?
Вера горько усмехнулась.
Как стремительно всё меняется! Вчера, находясь в стрессовой ситуации, она неимоверно рада была видеть Тараса, знать, что он всё же остался жив, что отец не привел в исполнение свои слова.
И потом… как ушат холодной воды вылили на девушку.
А чего она, собственно, ожидала?
Его же убивали из-за неё… И нечего малодушно прятать голову в песок, отрицая очевидное!
В груди Веры всё закостенело.
Заслуженно.
Теперь Вера понимала, что Тарас выжил каким-то чудом. Девушка много раз пыталась узнать у подручных отца, что конкретно они с ним сделали. У отца спрашивать – себе дороже. Хотя она вроде бы тоже пыталась… Вера плохо помнила события некоторых дней шестилетней давности. Память человека ставит блоки, защищая того от болезненных воспоминаний. Так и у Веры.
Люди Барисова-старшего боялись нанимателя и ничего не рассказывали Вере.
Потом как-то случайно она услышала отрывок разговора.
Как именно Сабурову обеспечили круиз до Каира."
"– Сдохнет по дороге?
– А кто не сдохнет от таких травм?
– Жалко мальца. Неплохой парень… был.
– Нехер было лезть куда не надо.
Вера снова и снова прокручивала в голове подслушанный диалог.
Они живут в цивилизованном обществе! Беспредел, что творился в России когда-то, давно закончился. Сейчас люди не исчезают бесследно! Их нельзя избить до полусмерти, загрузить на какой-то корабль и отправить в другую страну!
Вера долго могла распыляться, утверждая, какое сейчас прекрасное время и как общество защищено законом.
Её ошибка заключалась в том, что Вера с рождения мало вникала в дела отца.