Теперь уже Вера не спешила говорить. В груди зажгло.
– При каждой встрече я не могу устоять перед тобой, Вер, – он положил руку ей на колено и несильно сжал. – Последние недели кружу вокруг тебя, а подойти не получается. Виноват. Каюсь. Подожди… Я не прошу, чтобы ты меня простила. История с Катей… мутная. Твой гнев и обида оправданы. Иногда со своим маниакальным стремлением всё знать наперед я перебарщиваю. Твой отец знал об этом и… Вера, я признаю свою ошибку. И очень хочу её исправить. Клиника, в которой я делал тест ДНК, принадлежит знакомому твоего отца.
– Я не понимаю тебя, – Вера снова всхлипнула.
Тарас подался корпусом вперед и второй рукой дотронулся до её щеки, размазывая слезы.
– Не плачь, пожалуйста.
– Не буду.
– Ты достаточно плакала, всё же хорошо.
– Не всё, – упрямо произнесла она.
– Да. Не всё. Но всё в наших руках. Вер… Дай мне шанс. Не отталкивай. Не прячься от меня.
– Я и не прячусь, – Вера отвечала на каком-то автомате.
– Ты понимаешь, о чем я. И этот Олег, – интонация Сабурова изменилась, в голосе появились резковатые ноты, которые по понятной причине доставили Вере некое извращенное удовольствие. – Я ревную, маленькая. Ревную дико.
– Что ты… – девушка начала говорить, но слова путались в голове, и пришлось сделать усилие, чтобы продолжить.
Тарас некоторое время молча смотрел на Веру. Та не отвела взгляда. Ей нравилось видеть мужчину таким открытым и доступным, словно с него разом слетела маска холодности и отчуждения. И всё же её сомнения и страхи никуда не делись. Обиды тоже.
Чуть позже она всё проанализирует, а пока не будет спешить ни с обещаниями, ни с выводами.
– Я прошу тебя принять мои ухаживания. Мы не с того начали. Твоя благодарность… моя злость… Всё не то, Вер.
То, что говорил сейчас Тарас, никак не ассоциировалось с тем, что было раньше.
Вера осторожно спросила:
– Почему ты так резко изменил свои позиции?
– Маленькая, я же сказал уже. Не могу без тебя, тянет меня к тебе с дикой силой. И Унтов этот ещё… Какого черта ты льнула к нему?
– Я льнула? – глаза девушки непроизвольно распахнулись до максимума.