Всё это время по нам стреляли, но щит шикарно справлялся со всеми атаками. Мне даже зевать захотелось.
Не так мне представлялся морской бой. В воображении я видел кучу капитанов Джеков Воробьёв, с шашкой наголо перелетающих с корабля на корабль, рубка, подлые выстрелы в спину из арбалетов и луков. Ещё море крови, кишок на палубе. Благодарные девушки, выпрыгивающие из трусов за спасение. Действительность оказалась намного прозаичнее и грустнее.
Но, спустя час, мы наконец-то догнали задний корабль. Пушка на носу, вокруг которой, как угорелый, носился капитан, тряся руками и роскошной шевелюрой, была расчехлена и готова.
— Ну что, други! — вдруг воскликнул капитан. — Настал тот момент, ради которого нас песочили часами на дополнительном обучении! Покажем ублюдкам, где мать срать не садилась! Подготовиться к выстрелу!
Команда засуетилась, наводя прицел на впередиидущий корабль. Капитан подошёл ко вполне себе кнопочному замку и долго вводил цифровой пароль. После была нажата крохотная незаметная кнопочка, и… ничего не произошло.
— И? — разочарованно выдохнул я. — Где эффект, результат?
— Присмотрись к палубам противника, — почему-то шёпотом сказал кэп. — Надеюсь, мне не будет это сниться. Впрочем, минут через десять нагоним, остановим. Такое оружие не должно существовать. Оно меняет принцип ведения любых боевых действий. Я впервые использовал его. Надеюсь, никогда больше не придётся.
По щеке мощного лохматого мужика, я бы назвал его викингом, вдруг скатилась скупая слеза, но он этого не заметил, продолжая разглядывать противника, до которого осталось метров двести.
Второй наш кораблю обогнал нас, преследуя впередиидущего врага. А мы плавно догоняли свою жертву. И теперь мне было видно море людей, валяющихся на палубах, висящих на проволочных ограждениях, которые точно имели какое-то морское название, но мне было не до тонкостей мореходного дела.
Трупы. Море трупов. Они были убиты там, где их застиг выстрел из этого оружия.
Я практически не учился у Наташи её страшной магии, так, взял лично у неё пяток уроков. Очень не хотелось попасть на пожизненную слежку, хотя она мне и так гарантирована. Но даже теперь я чувствовал коллективный вопль сотен душ, насильно и одновременно выкинутых из тел.