Потеряв в Тельме где-то часа два на дополнительные сборы, двинулись дальше по тракту. Вскоре следы показали, что бунтовщики свернули с тракта на дорогу к Елани. Дойдя до большого села, узнали, что политические особо не зверствовали и не наглели. Основная масса села из ссыльных. Сопротивления не оказало, даже помогло. Бандиты забрали оружие, боеприпасы, которые смогло найти, и ушли в сторону села Большежилкино.
До этого села мы добрались уже в сумерках. Вой и плач, доносившийся из множества домов, сказал нам, что в данном месте всё прошло не так гладко, как в предыдущих.
В общем, когда Якова, который за дочь заступился, убили, то вскинулись остальные его родственники, да и другие сельчане поддержали.
Варнаки же поутру забрали всё оружие, которое ночью реквизировали, навалили добра на сани и ушли. Обоз у них большой получился. Почти три десятка саней. Ушли в сторону заимки Салоты, как её называли буряты, или Целоты, как прозвали русские.
С учетом того что во многих домах отпевали покойников, и эта ночь оказалась для отряда нерадостной.
С утра к сотнику Головачеву, который контролировал нашу подготовку к отправлению, подошёл один из сельчан – крепко сбитый мужик лет сорока.
– Ваше бродие, дозволь слово сказать.
– Обращайся."
"– Ваш бродь, – мужик снял папаху с головы. – Дозволь мне с сыном с вами пойти.
Я стоял рядом, слышал весь разговор и увидел, как пропали морщины на лбу командира. Это была отличная для нас новость. Обоз взвода состоял всего из четырех саней. А овса и сена надо было много.