Ему, пожалуй, даже понравились ее строгие, правильные черты и прозрачная бледность кожи. Понравились волосы цвета воронова крыла, уложенные аккуратными волнами, и серые глаза, холодные и бесстрастные. «Но хорошенькой ее никак не назовешь, – решил он, – уж слишком она деловитая».
Вскоре в ресторан вошел еще один посетитель. Высокий мужчина не то за сорок, не то под пятьдесят. Худощавый, загорелый, с седеющими висками.
«Полковник из Индии», – подумал Пуаро.
Вошедший поклонился девушке:
– Доброе утро, мисс Дебенхэм.
– Доброе утро, полковник Арбетнот.
Полковник остановился около девушки, оперся о спинку стула по другую сторону столика.
– Вы не возражаете? – спросил он.
– Конечно, нет. Садитесь.
– Знаете, за завтраком не очень-то хочется разговаривать.
– Вот именно. Но не бойтесь, я не кусаюсь.
Полковник сел.
– Человек! – властно подозвал он официанта и заказал яйца и кофе.
Взгляд его задержался на Эркюле Пуаро, но тут же равнодушно скользнул дальше. Эркюль Пуаро – он хорошо знал англичан – прочел мысль полковника: «Всего-навсего паршивый иностранец!»
Англичане, как им и полагалось, почти не разговаривали.
За обедом они снова сидели за одним столиком и снова не замечали третьего пассажира. Теперь их разговор протекал более оживленно, чем во время завтрака. Полковник Арбетнот рассказывал о Пенджабе и время от времени расспрашивал девушку о Багдаде, где, как выяснилось из разговора, она служила гувернанткой.
– Нет, я не собираюсь останавливаться в Стамбуле.
– И вы об этом не жалеете?
– Я проделала такой же путь два года назад и провела тогда три дня в Стамбуле."
"– Понятно. Что ж, должен сказать, я со своей стороны, только рад этому: я ведь тоже не буду останавливаться в Стамбуле.
Он неловко поклонился и слегка покраснел.
«А наш полковник чувствителен к женским чарам», – подумал Эркюль Пуаро. Эта мысль его позабавила. – «Что ж, поездки по железной дороге способствуют романам не меньше морских путешествий».
Мисс Дебенхэм ответила, что ей это тоже очень приятно, но весьма сдержанным тоном.
Пуаро отметил, что полковник проводил ее до купе. Экспресс въехал в живописные Таврские горы.