– После того как поезд остановился?
Полковник кивнул:
– Да. Я почти в этом уверен.
– Что ж, перейдем к другому вопросу. Вы бывали в Америке, полковник?
– Никогда. И не имею ни малейшей охоты туда ехать.
– Вы были знакомы с полковником Армстронгом?
– Армстронг... Армстронг... Я знал двух или трех Армстронгов. В шестидесятом полку служил Томми Армстронг – вы не о нем спрашиваете? Потом я знал Селби Армстронга – его убили на Сомме.
– Я спрашиваю о полковнике Армстронге. О том, что женился на американке.
– А, припоминаю, читал об этом в газетах... Чудовищное преступление! Нет, я незнаком с ним. Хотя, конечно, слышал о нем. Тоби Армстронг. Славный малый. Общий любимец. Отлично служил. Награжден крестом Виктории.
– Человек, которого убили прошлой ночью, был виновен в гибели ребенка Армстронгов.
Лицо Арбетнота посуровело.
– Я считаю, что этот негодяй получил по заслугам, хотя лично я предпочел бы, чтобы его повесили по приговору суда.
– Следовательно, полковник Арбетнот, вы за правосудие и против личной мести?
– Разумеется! Не можем же мы поощрять кровную месть или пырять друг друга кинжалами, как корсиканцы или мафия, – сказал полковник. – Говорите что хотите, а, по-моему, суд присяжных – система вполне разумная.
Пуаро минуту-другую задумчиво смотрел на полковника.
– Да, – сказал он, – я так и думал, что вы придерживаетесь такой точки зрения.
Полковник Арбетнот задумался.
– Нет. Ничего. Вот разве... – И он замялся.
– Пожалуйста, продолжайте, умоляю вас.
– Это же абсолютная чепуха, – сказал полковник неохотно, – но раз уж вы сказали – хоть сущий пустяк..
– Да-да, продолжайте.
– Да нет, это действительно пустяк. Но раз уж вас так интересуют пустяки, скажу. Возвращаясь к себе, я заметил, что дверь следующего за моим купе, да вы знаете, последняя дверь по коридору...
– Знаю, дверь купе номер шестнадцать.
– Ну так вот, эта дверь была неплотно прикрыта. И сквозь щель украдкой выглядывал какой-то человек. Увидев меня, он тут же захлопнул дверь. Конечно, это абсолютная чепуха, но меня это удивило.