Но я не была этому рада, только теперь мне казалось, что мое мнение не очень-то волнует Веделя. Я не могла его видеть, но поступки говорили лучше всякого выражения лица. Он крепко меня держал, жесткие пальцы впивались в тело даже через корсет. Но ему уже было недостаточно прижимать меня к себе, я почувствовала его губы на своей шее и передернулась от омерзения. Нужно срочно отвлечь его. Но как? Звонкая пустота в голове не хотела разродиться хоть какой-то идеей. Разве что…
– За что Штаден собирался вас убить? Где вы взяли портал орков? – попробовала я вызвать его на разговор.
– Порталом орки заплатили мне за сдачу форта. Я лишь добавил нужные травки в готовящийся ужин и уехал в город якобы по делам. Когда вернулся, смог засвидетельствовать смерть всех находившихся в форте. И почему Штадена среди них не было? Какая жалость!
Он грязно выругался. Таких слов я от него раньше не слышала, он всегда был вежлив и предупредителен. Но сейчас Ведель решил снять маску, которую носил передо мной и друзьями, ведь притворяться было бессмысленно.
– Почему вы это сделали? – У меня в голове не укладывалось, как можно было продаться оркам, извечным врагам Гарма.
– Почему? Потому что я всегда ненавидел Штадена. Он во всем был хоть чуть, но лучше. Чуть искуснее в фехтовании, чуть сильнее в магии, чуть удачливее в любви. Я всегда шел вторым. И даже когда встретил девушку, которую полюбил, она оказалась замужем за Штаденом. Неважно, что она его не любила, он умеет добиваться своего, не так ли?
Сказано это было столь гадко, что я порадовалась, что стою к Веделю спиной и не вижу его лица.
– Не так. У нас с ним ничего не было. Кроме поцелуев для его отца, – ответила я, не уточняя, что ничего не случилось отнюдь не потому, что я этого не хотела.
– Это было дело времени. Поэтому, когда на меня через одного торговца вышли орки и предложили помочь в захвате форта с оплатой порталом к Лантену, я ни на миг не засомневался. Я сразу добивался двух целей – усиления в магии и тебя.
Его слова, казалось, звучали прямо у меня в голове, так близко он ко мне был. Но это были не мои слова, принять такое я бы никогда не смогла. Поступок Веделя был отвратителен. Сам он так не считал. Ведель говорил без всякого стеснения, даже как бы гордясь.