— У нас три вида похорон. — Голос Джесси звучал сочувственно. — Без излишеств, по обычному разряду и по особому. По особому — с цветами.
Он произнес это совершенно серьезно, и Майк так его слова и воспринял. Он заплатил за «особый разряд», что обошлось ему в шестьдесят пять долларов.
Майк поставил табличку с трогательной надписью:
1948–1961
Двухдверный «роудмастер» — Бетти Лу.
Ушла на небеса, когда гналась за Псом.
Была лучшим другом Майка Тарбуша.
Брат Джесси возился с «линкольном» пока не закрепил ходовую намертво.
— Я знал одну дамочку в Покателло, ее звали Сью-Эллен. Она, думаю, по мне скучает, — но сказал с надеждой, будто сам не верил.
Похоже, Джесси одолевали мрачные мысли. Вечерами он обычно околачивался в городе, но иногда исчезал. У нас он водил очень и очень спокойно и всегда возвращался домой до полуночи. Лихости у Джесси не поубавилось, но он держал себя в узде. Он утверждал, что ему снится Мисс Молли. Джесси что-то обдумывал.
И я тоже. Мысли о Псе Дороги заполняли мои ночи, а еще не давал покоя пляшущий призрак. К середине лета тревога выгнала меня на трассу под луной. Шоссе разворачивалось в свете фар, как волшебная лента, указывающая путь в города под теплым солнцем, где девушки влюбляются и смеются.
В следующую переделку с Мисс Молли попал Майк Тарбуш.
Майк возвращался из Биллингса, куда ездил за новой машиной. Однажды воскресным днем он объявился у фургончика Джесси. Монтана нежилась на солнышке. Птицы устраивались отдохнуть на проводах или перекликались в высокой траве. Трасса-2, пустая и долгая, каким только бывает шоссе, словно шла рябью от яркого света.
— Надо кое-что проверить, — сказал Майк, выбравшись из «мерка».
Тяжело протопав к могиле Мисс Молли, он остановился, что-то рассматривая. Легкий ветерок слегка шевелил цветы. Майк смахивал на медведя, трясущего головой от растерянности. Он перешел к могиле «роудмастера», где вылезла молодая травка.