— Первый голод Кей утолил крабовым супом с гренками и теперь нежно лелеял второй в ожидании заказанного рагу. — Знаете, Хью, я долго тянул с этим вопросом, хотя вы наверняка скажете, что он просто не приходил мне в голову, и вот теперь спрошу. А какого лешего мы тут делаем, мой кшатрий?
— Для дураков: я приехал вести переговоры по некоему скользкому вопросу, которого тебе пока не нужно знать. Но дураков нет, все понимают, что вопрос непереговорный. Для дураков чуть умнее: я занимаюсь сбором разведывательной информации.
— Мило, сударь. Еще вина? — Грамон не ответил, и Кей наполнил бокалы. — А вот если вы чуть помедленнее будете жрать, то скажете: а какова версия для умных дураков?
Грамон пробурчал с набитым ртом что-то неразборчивое, но явно оскорбительное.
И тут зазвучала музыка.
— И что ты мне скажешь? — Вместо того чтобы достать источник музыки из портфеля, посланник почти засунул туда круглую бритую голову.
Кей даже не стал спрашивать, с кем это общается Грамон таким необычным способом.
— Встали, быстро, быстро!
Грамон не только кинулся к выходу, оставив на столе портфель, но и выхватил шпагу. Кое-кто порасторопнее вскочил, послышались ругательства, гритольдец в форме обнажил оружие… Ресторанчик был слишком мал, чтобы их успели остановить. Грамон выскочил на середину улицы, распугав редких прохожих, и затравленно огляделся. Но именно благоразумно отошедший чуть в сторону Кей первым заметил бегущего по крышам человека.
Кей перевел взгляд на Грамона и застал того за аккуратным погружением шпаги в ножны. Подойдя вплотную, секретарь тихо спросил:
— А это что?
— Понятия не имею.