Как только он раскрывает рот, я тут же продолжаю:
– Отвечу сразу: нет, мы больше не будем готовиться вместе, потому что ты постоянно отвлекаешь меня своими пошлостями, и вместо того, чтобы готовиться, мы занимаемся совсем другим."
"– Это я отвлекаю? Милая, ты сама провоцируешь меня, вспомни, – он прикладывает ладонь к груди и изображает меня. – Ах, Кэм, здесь так жарко, давай я буду заниматься в одной майке и коротеньких шортиках. Давай у меня будет затекать шея, и я буду демонстративно откидывать голову, разминая затекшие мышцы.
– Я не веду себя так, – мои щеки начинают гореть от стыда, и я тут же опускаю взгляд в кружку. – Ты только что описал какую-то вульгарную тупицу. В комнате и правда было жарко, поэтому пришлось переодеться и взять мороженое, которое быстро растаяло из-за жары.
– Ты покраснела.
– Отстань. Хорошо, давай еще раз попробуем позаниматься вместе. Учебой, а не сексом. Без прикосновений, намеков и без многозначительных взглядов. Если первым сдашься ты, то весь следующий месяц я сама буду выбирать фильмы, на которые мы пойдем в кино.
– А если ты, то будешь всю неделю готовить ужин.
Мне проще дать обет безбрачия, чем приготовить ужин, которым я не отравлю Кэма. Но вдруг я не сдержусь и сдамся первой? Ведь один его взгляд может свести меня с ума.
– Это слишком просто, ты не заинтересовал меня.
– Ладно, – подняв взгляд к потолку, он задумывается на несколько секунд. – Если проиграешь, – а поверь мне, Банни, ты проиграешь, – ты официально переезжаешь ко мне.
– Официально? Хочешь сказать, что формально я уже и так тут живу?
Хмыкнув, Кэм забирает кружку из моих рук и ставит ее на стол.
– Пойдем, – взяв за руку, он уводит меня в комнату. – Начнем с ванной.
Он кивает в сторону окна, где стоит мое настольное зеркало для макияжа и косметичка. Я всегда крашусь у окна, потому что освещение там лучше.
И тут я замечаю, что моих вещей в комнате гораздо больше, чем мне казалось. На прикроватной тумбочке флакон моих духов и розовый лак для ногтей. Мой макбук, который я оставила на ворохе листов.