– Так достаточно далеко, моя маленькая вредина?
Господи, нашел время язвить!
– Спрашиваю еще раз: где чертов Фел?
– Я же сказал, что не знаю. После твоей последней выходки у него обострилась паранойя, и теперь он связывается с нами сам только когда считает нужным.
– Блэйк, – доносится голос Зейна, – что за неуважение? Только посмотри на себя и своих друзей: пришли в гости и даже не разулись.
– Оу, – спиной чувствую, как он усмехается. – А вот и наша королева бала. Где ваш недоделанный босс, Зейн?
– У меня тот же ответ, что и у Кэма, – скрестив руки на груди, Зейн опирается плечом на дверной косяк и улыбается.
Перевожу взгляд с Зейна на Кэмерона и вижу, как одними губами он произносит: «Не бойся, все будет хорошо». Я цепляюсь за эти слова потому что… Потому что больше у меня ничего нет.
– Слишком самоуверен для безоружного. Ты под кайфом, Зи?
– Нет, но я тут маленько подслушал начало разговора и решил вызвать копов.
– Ну да, конечно.
– Помнишь нашего друга Майка? Того, которого ты заказал? Однажды он сдал копам Фела, его брата, и даже мы с Кэмом тогда загремели в участок. Как думаешь, после всего, что произошло за последние дни, у меня все в порядке с головой? Отвечу тебе сам: я достаточно свихнулся, чтобы сдать всех, и даже своих.
На это Блэйк только хмыкает.
– Наверное, вы в курсе, что во время последней перегонки я не досчитался двух очень дорогих машин. И это точно дело рук вашей компании.
– Плавают, – отвечает Кэмерон, – на грузовом судне.
– Невозможно перегнать два огромных спортивных автомобиля через таможню: вас засекут тут же. Вы меня за идиота держите?
– Не засекут, если отдашь им тачку сам. Берешь машину, вытаскиваешь из нее все внутренности, оставляя только корпус. Потом снимаешь контейнер на грузовом судне, перевозишь в нем корпус, а дальше толкаешь его с аукциона, где его за копейки покупает заказчик.
– Что-то здесь не так.
– Схема прозрачная до смешного, Блэйк, – Кэм разводит руки в стороны. – И безопасная. Ты не рискуешь кучей людей, которые гонят машины через несколько штатов. Я рассказал тебе все, что знаю сам, а теперь отпусти Энди.