– Сейчас спущусь, мам! Ничего, поем остывшую индейку! – вздохнув, она поворачивается. – Черт, так и знала, что нужно было оставаться в кампусе. К нам в гости придет мамина подруга со своим сыном-идиотом. Кстати, об идиотах: а где Гарри?
– Не знаю, но обещал прийти.
– Так вы, – Джин прочищает горло, опуская взгляд на зажатую в пальцах тушь, – вы с ним…
– Нет! Джини, ну конечно же нет!
– Знаешь, я много думала об этом. В общем, если тебе вдруг нужно мое одобрение – ну то есть если тебя останавливает только то, что я к нему что-то чувствую, то… Короче, у тебя есть благословение лучшей подруги.
– Ты сейчас правда предлагаешь мне замутить с Гарри? – внимательно смотрю на Джин, а она не поднимает на меня взгляда. Я ни за что не поверю, что она говорит это искренне. – Выкладывай уже, в чем дело.
– Речь пойдет о том, кого нельзя называть."
"Сердце у меня в груди вдруг начинает биться так быстро, что вот-вот сломает ребра. Мы не говорим о Кэмероне ни с Джин, ни с Нейтом, а тем более с Гарри.
Вот уже пять месяцев я не видела Кэма. Время лечит? Это полная чушь.
– У него, – прикусив губу, замолкаю на пару секунд, заставляя себя это спросить, – у него появилась девушка?
– Не думаю, что он с ней встречается. Я вообще редко его вижу: на тусовках он почти не появляется, в университете тоже.
Джин пародирует натянутую улыбку Кэма, а затем запускает пальцы в волосы и небрежно взъерошивает их.
– Примерно вот так он и ей сделал в столовой, когда она подошла к нему, обняв со спины. Потрепал ее по голове как собаку.
– Ясно, – опустив ресницы, замолкаю ненадолго. – И что за девушка? Красивая?
– Что ты, Эндс! Просто ужас! Ноги кривые, огромные ступни, безвкусная одежда, а еще у нее грудь висит до колен.
– Джини, – рассмеявшись, качаю головой, – ты врешь еще хуже, чем я.
– Зато туфли у нее точно ужасные, паленый «Виттон», – я подделку за версту чую. Но это еще не все. На той вечеринке, когда они встретились, эта девка дефилировала вдоль бассейна с подружками.