– Ставишь на Пакмана? – спрашивает он, и своим лбом почти касается моего.
– Ставлю на то, что ты был не в себе, когда набивал это.
– Я был в игривом настроении.
– Ты ведь в нем постоянно, да?
– Отчасти.
– Ставлю на эту, – провожу пальцем по фигурке человечка на скейтборде.
Это даже не фигурка, а набор кривых линий и кружочков. Думаю, только эти пару палочек и смогли бы набить мальчики, которые впервые взяли в руки тату-машинку.
– Угадала.
Поднимаю голову и встречаюсь со взглядом Кэмерона. Сейчас его глаза кажутся не голубыми, как обычно, а, скорее, цвета пасмурного неба.
Отлично, Энди! А чего капюшон на него не надела и шнурки не завязала?
– Так, – потирая переносицу, Кэм пытается скрыть усмешку. – Чем ты еще занимаешься?
– Еще?
– Ну да, помимо того, что разгуливаешь по кампусу в пижамных штанах и болтаешь обо мне со всеми подряд.
– Я не разговариваю о тебе, это было всего два раза, и оба этих раза ты случайно оказывался рядом.
– Ну конечно. Представляю, – Кэм жестом показывает телефон и якобы подносит трубку к уху. – Звонишь друзьям, знакомым…
– Замолчи.
– Рассказываешь о том, как хочешь, а потом не хочешь мою татуировку. И вот, когда все отказываются тебя слушать, ты открываешь телефонный справочник и начинаешь звонить в алфавитном порядке.
– Ну перестань уже, – я начинаю смеяться.
– Звонишь на горячую линию помощи подросткам, в доставку пиццы, в техподдержку «Гугл» – тебе уже неважно, с кем ты общаешься, лишь бы они выслушали историю о горячем татуировщике. А когда наступает ночь, ты надеваешь одолженную мной толстовку и…
– Кэмерон!
Шагнув вперед, я закрываю его болтливый рот ладонью. Глаза Кэмерона расширяются, а губы под моими пальцами дрожат от смеха. Медленно отвожу ладонь и, конечно же, встречаю улыбку.
– Ты только что назвала меня по имени.
– Уверен?
– Я абсолютно уверен в этом, Энди.
Он называет мое имя тихо, приглушенно, будто рассказывает секрет. И, если честно, мне до безумия нравится, как мое имя звучит из его уст.
– По поводу твоей толстовки, я на днях заходила в «Скетч», и Мэй сказала, что тебя нет, но ты передал, чтобы я оставила ее у себя.
– Так и есть.
– Почему?
– Потому что это предлог. Отдашь мне толстовку, когда захочешь увидеться.